Марк закатил глаза. Так он и думал: отец кого-то притащил, чтобы похвалится сыном-героем.

— Входите…

Громко и тяжело вздохнул. Ни дать, ни взять — умирающий лебедь.

Дверь распахнулась, на пороге появился барон с широкой улыбкой, показывая в стране парня.

— Вот, Ваше Высокопревосходительство, мой сын! Как можете видеть, не побоялся, не убежал! Воронцовская кровь!

Следом вошёл тот, кому он все это говорит. Это был грузный мужчина в военном мундире с роскошным золотым шитьем на вороте и обшлагах. Золотом же сверкали погоны на плечах, массивные орленые пуговицы. Начальник барона, целый военный министр.

— Вижу, худоват, помят, но орёл, как есть орёл! — басом пророкотал министр, внимательно разглядывая Марка. Лицо грозное, густые усы торчком и бакенбарды, но в глазах проскальзывают смешинки. Добряк, похоже. — Одарен, значит, без меры, так?

Барон, помявшись, опустил голову, но тут же выпрямился. Понятно, что мало приятного говорить о сыне-слабосилке.

— Слабоват немного, Ваше Высокопревосходительство, но старается, работает.

— Гм, слабосилок? Надо же, — в глазах министра мелькнула откровенное удивление.

Удивление министра было более чем понятно. Уже выяснилось, напавший на дворянок был бывшим сержантом отдельной егерьской роты Ставром Емчик, человеком с непростым военным опытом, за которым тянулась очень нехорошая тяжелая слава. И поверить, что его остановил самый обычный мальчишка с весьма слабым магическим даром, было совсем непросто.

— Неужели сам этого зверя взял? — министр прищурился. — Он же своего бывшего командира застрелил из пистоля. Мне только что доложили. Сам?

Марк растерянно кивнул, сразу и не зная что и ответить. Паузу затянулась, но тут его осенило:

— Господь сподобил, Ваше Высокопревосходительство. Злодей, ведь, тоже думал, что от меня нет никакого толку. Как на вошь, на меня смотрел. Я же тихонько подобрался и вот…

Министр одобрительно кашлянул. Его взгляд уже совсем потеплел, как дедушка на любимого внучка смотрел.

— Гм, смотри-ка, еще и скромен. Другой бы уже в грудь себя бил, кричал, что герой, что вражину голыми руками заломал. Этот же молчит, лишнего не говорит.

Повернулся к барону.

— Хорошего сына вырастил. Смел до безрассудства, скромен.

Марк скромно опустил взгляд, даже немного покраснел (пришлось, конечно, напыжиться, словно по нужде нужно). Такой герой с виду, что пробы негде ставить.

Барон же, напротив, едва не святился от гордости. Гордо вскинул голову, широко расправил плечи, выставил вперед ногу. На каждое слово начальника кивал, улыбался.

— Такого орла обязательно нужно в наше ведомство! Как во взрослые года выйдет, так сразу же к нам возьму.