Между тем мы уже ворвались в лагерь, но внимание на вскакивавших орков и троллей не распыляли, как и на зомбяков, которые так и спали как ни в чём не бывало. Нашей целью был шатёр, который охраняла парочка троллей. Одного из них Стефан с криком: «За Номбирион!» пронзил копьём насквозь, но монстр, даже будучи продырявленным, сумел отмахнуться окованной в железо дубиной и снести короля с лошади, словно пушинку.

— Его величество ранен! — отчаянно заорал кто-то рядом со мной.

— Хватайте его и уносите, — крикнул я, мастеря тем временем плазменную сферу.

Когда короля бросили поперёк лошади, пылающий шар уже был готов. Бросок получился отменным: и раненого тролля, и его не менее громадного родича буквально разметало в разные стороны, и похоже, что кусками. Шатёр едва тоже не унесло ударной волной, но, колья, к которым он крепился толстыми верёвками, судя по всему, были вбиты в землю на совесть. Зато когда на полог упала горящая конечность тролля, тот неплохо так задымил, а спустя несколько секунд появились первые сполохи пламени.

И в этот момент дымящийся полог оказался откинут в сторону, и из шатра появился… Нет, не человек, я сразу понял, кто это и, думаю, Валаоф тоже прекрасно знал, кто перед ним. Как-то так получилось, что рядом со мной оставалась лишь Мариэль, я услышал щелчок тетивы, однако, если стрела даже и попала в предводителя армии нежити, то никакого урона ему не нанесла. Он даже не шелохнулся, опираясь на свой здоровенный, мета полтопора в длину, меч.

— Не понимаю, — пробормотала эльфийка, — я не могла промахнуться.

Она наложила на тетиву новую стрелу, но в этот миг Валаоф взмахнул рукой, и словно кто-то невидимый вырвал лук из рук Хранительницы. Ага, похоже, этот парень в плаще тоже владеет как минимум азами магии. Что ж, вечер переставал быть томным.

Тем временем десятка два орков окружили нас, и мы с Мариэль, выхватившей меч, приготовились дорого продать наши жизни. Магия смерти и Шелест соберут сегодня хорошую жатву. Но твари почему-то не нападали. А вот Валаоф неторопясь двинулся в нашу сторону, и я наконец увидел горевшие в глубине капюшона глаза.

Он остановился метрах в трёх перед нами, и я физически почувствовал идущий от него холод.

— Ты сам пришёл, чужак, — голос послышался словно бы внутри моей головы. — Что ж, если ты искал смерти — ты её нашёл. А ты ведь и не знал, что сила Ликандра досталась мне. Таково было наше с ним соглашение: в случае его гибели я становлюсь обладателем самой сильной магии в Земноводье. Он не верил в свою смерть, потому и согласился на такой договор. А теперь мне доставит огромное удовольствие посмотреть, что у тебя внутри.