Марко достал сигарету, закурил. Дым поплыл к лампе, завис там, не рассеиваясь. Вентиляция действительно не работала.

— А твари? — спросил он. — Если нарвёмся на стаю псевдогигантов?

— Уходим. Не вступаем в бой, если можно избежать. Псевдогиганты медленные, но сильные. Один удар — сломает позвоночник. Если нет выхода, стреляем в ноги, валим на землю, добиваем в голову. Гранаты не помогут, шкура толстая. Только автоматический огонь, прицельно.

— А если их несколько?

— Тогда молимся.

Тишина. Диего хмыкнул, потушил окурок в пепельнице. Педро сидел, грыз ноготь, смотрел в карту. Рафаэль закрыл глаза, будто дремал. Дюбуа знал — не дремал. Прокручивал маршрут, просчитывал риски. Старый солдат. Таких убить трудно.

Лукас налил кофе из термоса, сделал глоток, скривился — остыл.

— Снайперская поддержка, — сказал он, глядя на Пьера. — Ты пойдёшь с винтовкой. СВ-98, оптика, глушитель. Позиции выбираешь сам, прикрываешь группу. Если увидишь угрозу, которую мы не видим — убираешь молча. Если можешь убрать молча — убирай. Если нет — докладываешь, мы решаем. Твоя задача — быть нашими глазами. Понял?

— Понял.

— Хорошо.

Лукас выпрямился, сложил карту, засунул в карман.

— Отбой в двадцать два ноль-ноль. Подъём в пять тридцать. Проверка снаряжения в пять сорок пять. Выход в шесть. Кто опоздает — останется на базе. Вопросы?

Никто не ответил.

— Свободны.

Все встали. Марко потянулся, хрустнул позвонками. Диего зевнул. Педро пошёл к двери первым. Рафаэль задержался, посмотрел на легионера.

— Первый выход с нами?

— Первый.

— Слушай команду. Лукас знает своё дело. Если говорит бежать — беги. Если говорит стрелять — стреляй. Не думай. В Зоне думать некогда.

— Знаю.

Рафаэль кивнул, вышел. Наёмник остался один с Лукасом. Тот смотрел на него, оценивал.

— Кабаны, — сказал он. — Правда вальнул стаю этих Пепп?

— Правда.

— Как? Или пиздишь…

— Целился в слабые места. Глаза, пасть, горло. Картечь шкуру не пробивает, но слизистые пробивает.

Лукас хмыкнул.

— Умный. Хорошо. Мне нужны умные. Дураков в Зоне хватает. Они все мертвы.

Он повернулся к двери, остановился.

— Ещё одно. Если что-то пойдёт не так, если кто-то из нас ранен и не может идти — решаю я. Не ты, не Марко, не Рафаэль. Я. Понял?

— Понял.

— Хорошо.

Лукас вышел. Дверь захлопнулась. Пьер остался один. Он стоял, смотрел на карту, прикнопленную к стене. Мёртвый город. Двадцать километров. Мост. Бункер. Лаборатория. Что там осталось после тридцати лет? Скелеты в халатах, бумаги, покрытые плесенью, ржавое оборудование? Или что-то живое, мутировавшее, ждущее?

Он провёл пальцем по карте, по маршруту. Рыжий лес — знакомый. Мост — неизвестный. Город — полная загадка. Хорошо хоть группа опытная. Бразильцы из BOPE — не туристы. Они прошли войну в фавелах, где каждый угол мог быть засадой, каждое окно — снайперской позицией. Зона для них не сильно отличается. Только вместо наркоторговцев — мутанты. Принцип тот же.