Чтобы не допустить вполне возможного обвала фронта, он даже оказался вынужден затребовать себе из 3-й армии генерала Ноги, всё ещё пытающейся пробиться через Цзиньчжоуский перешеек, 1-ю пехотную дивизию и 2-ю кавалерийскую бригаду, что в свою очередь сильно облегчило жизнь противостоящим им защитникам Порт-Артура, давление противника на позиции которых резко снизилось.
А, во-вторых, вытекало из, во-первых. Качество солдат последних, с трудом сформированных, резервных дивизий и тех, кого набрали чуть ли не насильно из простых деревенских парней, дабы возместить потери в дивизиях первой линии, было просто аховым, как с точки зрения их военной подготовки, так и в плане выказываемой ими морально-психологической устойчивости. Да и качество офицерского состава, прибывавшего на смену павшим ветеранам, оставляло желать много лучшего. Вчерашние тыловики и наскоро выпущенный из училищ недоучившийся молодняк мало что понимали в ведении реального боя. Не просто же так в Токио был срочно отправлен начальник штаба армии — генерал-лейтенант Кодама, с целью убедить императора и правительство Японии в необходимости срочного начала прощупывания почвы насчёт прекращения войны путём проведения мирных переговоров. О чём мы, впрочем, узнали лишь много лет спустя.
[1] Размороженный двигатель — двигатель, в котором из-за замерзания воды в системе охлаждения произошло растрескивание блока цилиндров.
Изнывая от жары, духоты, общей усталости и скрипящего на зубах песка, я который час кряду пялился через запылённые очки-консервы чётко перед собой в попытке высмотреть все те камни и выбоины на очередной дороге, попадать колёсами на и в которые не следовало вовсе.
За 12 часов марша наша растянувшаяся на добрые 5 вёрст колонна и так уже успела лишиться десятка грузовиков из-за поломанных рессор и вырванных нафиг осей. Отчего под конец пути мы снизили скорость с былых 20 до примерно 10–12 километров в час, тем самым вынужденно затянув наше мучение, по какому-то недоразумению называемое поездкой.
Что ни говори, а, даже сидя в комфортном легковом автомобиле, любому человеку будет очень непросто проехать в одном положении половину суток. Затечёт всё!
Здесь же людям приходилось трястись на жёстких деревянных скамьях в обычных кузовах грузовиков, пробирающихся по сплошным направлениям, так как назвать дорогами вот это вот всё, по чему нам довелось проехать, язык не поворачивался совершенно. Иными словами говоря, каждая кочка и каждый ухаб тут же отдавались весьма неприятными ударами в спины, отчего позвонки у всех, включая водителей, к концу дня бренчали исключительно где-то в районе труселей, ссыпавшись туда всем своим составом.