Вместо ответа, столкнулась с кое-кем знакомым — таким высоким, стоявшим посреди метели.

— Снова здорова! — процедила сквозь зубы Ева и, ухватив парня за борт пальто, подняла на него грозный взгляд. — И чего ты там про сад затирал, пророк недоделанный?

— Какой еще сад? — не понял тот и нахмурился.

— На который смотреть велел!

— А я на сад разве заставлял? — возмущение вышло искренним, и Ева осознала, что и правда, про сад речи не было.

— Ну ты бы конкретнее чего советовал, раз приперся!

— Да я и не припирался — это ты меня сюда притащила!

— Я?

— А кто?

Рядом и впрямь, кроме них двоих, никого не было.

— Точно не сам?

— Вот какая мне блажь мотаться по чужим снам, да еще таким холодным?

Резонно. Но чего тогда советовать взялся? Или у снов задача такая? Ну там, раз приснился, давай вещай фигню с умным видом. Справился тогда, получается. Чего только теперь с Адамом и его желанием убиться о Люцифера делать прикажите?

— А ты, случайно, не знаешь, почему Адам?..

— А чего ты его сама не спросишь? Я ж все равно по законам жанра только загадками говорить могу, а у тебя хреново с пониманием.

— Справедливо, — согласилась Ева. — Теперь бы еще понять, как проснуться.

И словно бы по ее просьбе где-то у себя в комнате Адам заорал имя, то самое, что она до сих пор не могла различить, только выделить ударение, приходящееся на второй слог.

Лилит!

Лилит!

Ева открыла глаза и прислушалась. В сонной тишине комнаты не было слышно ни звука, только где-то фоном привычно гудела система климат-контроля. Неужели приснилось? Просто ей захотелось услышать, как Адам кричит, вот и услышала. И можно сколько угодно убеждать себя, будто желала только проснуться — подсознание выдало с потрохами. С чего она вообще взяла, что мальчишка вернулся? Не, так-то мог. Иначе зачем Змею спускаться в гараж? Он же удивился, увидев Еву, мельтешащую вверх-вниз по лестнице. Или она опять додумывает задним числом.

«Ой, да сходи и посмотри!» — не выдержал «голос разума».

Ну а чего нет? Ева в последний раз вслушалась в мирную тишину ночи, но крика не последовало. Тогда она поднялась, натянула пижамные штаны и пошла к двери. По пути стоило придумать, что говорить, если Адам вернулся, но не спит, только ничего дельного в голову не приходило, решила, что сориентируется по ходу пьесы. Дальше уже не мешкала: коридор, дверь, короткий стук. Ей, конечно же, никто не ответил, только всегда можно счесть молчание за знак согласия…

Стоило зайти, как умный механизм включил приглушенный свет, правда, в этот раз чуть ярче, чем в предыдущий. Мальчишка все в тех же брюках и рубашке, откинувшись на спину, лежал на кровати, но не обратил на нее никакого внимания.