Сапольски был чертовски прав, когда шутил в своей книге, что рождаться надо здоровым и в богатой семье. Ева в новом теле и с новыми возможностями прочувствовала всю суть этой фразы. Вот стало ей плохо — вжух! и вылечили. Или с курткой: приспичило прогуляться по морозу — вжух! пожалуйте зимнюю одежду. И обувь тоже пожалуйте. И даже перчатки и шарф, которые заботливая Стефани добавила в компанию к шапкам, взятым по принципу «пусть будут». В общем, у Евы теперь имелось все для долгой и счастливой жизни, кроме ответа на вопрос: какого хрена?
Какого хрена Адам наобещал ей с три короба от книжки на почитать до составить компанию для прогулки, а сам свалил в неизвестном направлении после встречи с Люцифером? Чего тогда, спрашивается, ныл? «Не уходи-и-и!» Ну вот, не ушла! Сидит на попе ровно в той самой рубашке с заколдованной пуговицей, Сапольски слушает, которого нашла с помощью Шемеш, потому что кое-кто обещания держать не умеет! Вот! И тут сразу еще одно «какого хрена?» — какого хрена она вообще переживает за него? Решил убиться о падшего ангела? Принца. Ну и флаг ему в руки! Ей-то чего? Не ее вина ж! Не ее ведь? Раз провидение молчит, значит, не ее…
Ладно, задаваться почти что риторическими вопросами можно сколько угодно, потому что сама Ева на них не ответит. И Шемеш вон тоже не отвечает, потому что хитрый Змей заморочился с «родительским контролем». ИИ так и говорит теперь, стоит попытаться спросить чего посерьезнее. Таким образом, оставался только сад с подсказкой от мамкина рок-н-рольщика. Папкиного. Значит, надо сходить и посмотреть.
Она долго решалась, боясь, что одна не справится — вылетит из тела, а возвращать обратно, кажется, умел только Адам. Но книга закончилась, и начать новую значило расписаться в собственной никчемности, а ей больше не хотелось оставаться никчемной. Нельзя, раз уж у нее теперь и новое тело, и возможности, и даже глаза, с которыми все равно можно увидеть . Потому Ева отказалась, когда Шемеш предложила начать следующую, прошла в гардеробную и принялась переодеваться. Теплые джинсы, свитер, поверх него натянула обратно рубашку с зачарованной пуговицей — в куртку вроде бы уместилась и ладно. Дальше показавшиеся невероятно удобными ботинки, жаль, что после них, скорее всего, невероятные мозоли останутся. Ну, ничего, понадеемся на наличие у Змея волшебного пластыря или хотя бы обычного.
«Подорожником обойдешься» — хмыкнул «голос разума», которому надоели все эти бессмысленные риторические вопросы вместо действия.
Но если с экипировкой проблем не возникло, то с нужным выходом очень даже. Путь с парковки вел в гараж и дальше в город Стефани, куда из-за Люцифера лучше не соваться, благо и не требовалось. Ева попыталась найти проход на противоположную сторону, но ничего похожего не обнаружила, только один-единственный лифт, на котором пришлось подняться на этаж выше, где она пока еще ни разу не была. И снова облом. Нет, вид на научно-фантастический город открывался, конечно, шикарный, а все равно не тот, что требовался. Да и чего ей там делать? Вдруг магия начнет сбоить, и так же легко, как с обитателями мира Стефани, поговорить не получится? В общем, вау, круто, но точно в другой раз. Проверить следующий этаж и снова обломиться? О каком выходе могла идти речь на третьем?