— Сейчас иду, — затем обернулся к Михаэлю и вздохнул, словно не мог решить, что же с ним делать, в итоге мотнул головой и убрал руку, но освободить не освободил.

Вскоре за спиной защелкало, зашипело, заискрило, судя по отблескам на окнах, жаль, обернуться и посмотреть своими глазами не получалось. И сколько бы он ни пытался — чужие чары не поддавались. Только все равно не сдавался, продолжая биться о клетку, в которую был заключен его разум, стараясь не думать о бессмысленности своего занятия. Отчаянье пришло быстро, ведь в этот день и так много всего произошло, и тогда он решился призвать силу, которую Она запретила использовать. Высвобожденная магия столкнулась с заклинанием Змея, и та наконец-то пошла трещинами! Жаль, что на это ушла вся энергия, и Михаэль свалился на пол, ударившись лицом о мрамор, и в который раз за день просипел:

— Ты обещал!..

Щелкать не перестало, значит, его, скорее всего, не услышали, поэтому он снова потянулся к запретному — уцепить не успел! Михаэля легко, словно он был ребенком, в одно движение перевернули на спину и двумя пальцами припечатали по лбу исцеляющим заклинанием, прошлись по рукам слева направо, остановились на солнечном сплетении, прерывая на корню все предыдущие попытки.

— Ты обещал… — упрямо прошептал он, борясь с накатившей вдруг сонливостью. — Обещал…

— Не мстить, — подтвердил Змей и усмехнулся. — Не волнуйся, не буду. Хотя бы потому, что месть должна была бы быть долгой и тщательной, а там тела осталось всего на один разговор. Но и говорить стану лишь тогда, когда найду мальчика и буду уверен, что дальше с ним все будет в порядке. А я все силы приложу, чтобы так и случилось. С тобой вот только что делать? За словом вон потянулся…

— Я? — не поверил Михаэль, и непонимание немного взбодрило, сделав разговор чуть понятнее.

— Ты. Не задумывался никогда, почему у всех принцев этот суффикс в имени? Ну, кроме Люцифера.

— Суффикс?

— «Эль».

Подсказка взбудоражила память, вытащив из нее воспоминание о дне, когда брат не просто освободил пленника Матери — дал тому цель. «Эль» — так андроиды называли Змея…

— Почему? — вопрос стоило бы задать Ей, только Михаэль откуда-то знал, что Она не отзовется — она никогда не отзывалась.

Ушедшее из восприятия величие удивило настолько сильно, что он чуть не пропустил ответ Змея:

— Она пыталась воссоздать слово , но у нее, к счастью, не получилось. Знаешь, в чем проблема с человеческими желаниями? Мы редко задумываемся о цене вопроса. А ведь об этом стоило бы позаботиться в первую очередь. Вот тебя сейчас разрывает множество желаний, и все они исполнимы, стоит только выбрать ради них жертву. Последнее всегда сложно. А иногда прайс могут предъявить и потом, когда уже взял и вернуть не можешь, как бы ни хотел. Наши дети… Нашей с Ашерой ценой стали наши дети. И не только они — мы погубили всех, а тех, кого хоть как-то удалось спасти, она использовала, чтобы попытаться заполучить слово … Знаешь, я, пожалуй, сокращу отчасти твои расходы, раз уж ты оказался настолько упрям и живуч, что добрался сюда и сумел сломать клетку . — Бывший пленник залез во внутренний карман мундира и достал оттуда регалии Михаэля, которые вскоре засветились чужой магией. — Когда очнешься, у тебя будет право загадать одно желание, и оно обязательно исполнится, — пояснил тот и положил амулет ему на грудь. — А теперь, пожалуй, поспи немного, ибо убивать тебя не хочется, но и мешаться под ногами не стоит.