— Николай, — я перестал лыбиться, — деньги у нас есть — взяли за лодку. Заплатим этим сквалыгам столько, сколько они хотят и сделаем нормальные записи. Потом продадим песни и получим в десять раз больше. На эти деньги соберем группу, станем богатыми и знаменитыми, а эти двое будут всю жизнь гнобить себя ядом досады и зависти…

У Завадского даже глаза слегка округлились от подобной сентенции.

— А что ты думал? — я опять заулыбался, — я, на самом деле, злобный и мстительный. Буду петь и плясать на их могиле, приговаривая: «Так вам и надо двое жадных образин!».

Я даже изобразил пару танцевальных па. Николай слегка улыбнулся и вздохнул.

— Коль, время идет. Скажи им, что мы согласны. Леша сейчас принесет деньги.

Завадский потоптался на месте и спросил:

— Может с ребятами хотя бы посоветуемся? Это очень большие деньги.

— Большие деньги зарабатывают, а не экономят. И мы не будем советоваться. Иди к этим сквалыгам…

Завадский еще раз нерешительно посмотрел на меня, развернулся и пошел в сторону раздающейся барабанной дроби…

…Ну, сквалыги-то они, конечно, сквалыги, но все-таки профессионалы, этого не отнять. И деньги свои они отрабатывали честно, стараясь и не «халтуря». Может и Геннадий — алкаш, но играл отменно, схватывая все с полунамека. А от Роберта я был в совершенном восторге! То что он вытворял на своих убогих, с точки зрения 21-го века, ударных — было выше всяких похвал.

Николай старался больше всех, впахивая и за себя, и за некоторых корыстных «товарыщей у микрофона».

Таким образом, через почти пять часов упорной работы, обе песни были записаны и сведены.

Если честно, то когда я прослушал на большом катушечном магнитофоне оба окончательных варианта, то, мягко говоря, впечатлен не был. Получилось приемлемо для демонстрации, но не более. Нужна была другая аппаратура, настоящая студия, другие солисты и много еще чего другого, о чем я пока даже не имел представления.

Остальные присутствующие моего молчаливого скепсиса, определенно, не разделяли. Общее мнение выразил довольный Роберт:

— Ну, с учетом обстоятельств, очень даже!..

Все согласно закивали и устало улыбались.

— А песни у тебя получились хорошие, — Юля потрепала меня по голове и добавила:

— Тебе бы подучиться и можешь вырасти в хорошего композитора-песенника. Но песни уже сейчас надо исполнять и, я уверена, мы с Володей сделаем их популярными! На свадьбах и поминках петь будут!

Все засмеялись. Ну, разве что, кроме Завадского и Лехи.

Я тоже посмеялся со всеми и, мило так оскалившись, ответил:

— Юль, если что, тексты зарегистрированы в ВААПЕ, поэтому мораль сей басни такова: сегодня из-за своей жадности вы выбрали судьбу всю жизнь лабать в кабаках, а был шанс стать звездами советской эстрады.