Я видела, как девчонки плавают голышом в бассейне Йегеров, но очевидно, что Лив захочет увидеть Клэй голой наедине. Понятное дело.
— Повеселитесь, — говорю я ей.
Она обнимает меня.
— Ты будешь в порядке? Мы можем остаться здесь, если тебе некомфортно...
— Иди. — Я подталкиваю ее к двери. — Сегодня вечером я буду на своей стороне города. Я не останусь.
Лив быстро меня обнимает, и они обе уходят, забираясь в старый «Bronco» Клэй. Я увижу Лив на День благодарения, но... это был последний раз, когда она видела Айрона вне...
В горле пересыхает.
Три с половиной года.
Но вместо грусти и жалости я злюсь на него. Затем я встречаюсь с ним взглядом, замечая, как он щурится, потому что понимает: что-то не так. Но я просто направляюсь к Пейсли. Она перестала есть и рвет салфетку на полоски, пытаясь собрать их обратно, как пазл.
— Готова идти? — бодро спрашиваю я.
— А мы можем прийти завтра?
— Завтра тебе в школу.
Она драматично откидывает голову назад с таким разочарованием, словно детский сад — это сущий ад на земле. Я собираю ее альбом и маркеры, запихивая всё в рюкзак. Беру ее за руку и собираюсь выйти, но в кого-то врезаюсь и поднимаю глаза. В ресторан вошли двое мужчин, одетые в повседневные брюки в жалкой попытке слиться с толпой, но это Брунелло Кучинелли. Мой отец носит такие. А туристы — нет.
Их рубашки с короткими рукавами отутюжены, и я чувствую запах кожи, который все богатые мужчины цепляют где-то в течение дня. Их портфели. Туфли. Сиденья BMW.
Тот, что с темно-русыми волосами, не смотрит на меня, но я его знаю. Я сжимаю руку Пейсли.
— Ой, — хнычет она.
Они садятся за маленький столик у окна, а я тяну ее за собой к Йегерам.
— Одна из моих машин уже готова? — спрашиваю я Арми.
— Не знаю. Я...
— Наверное, — перебивает Айрон, начиная вставать. — Давай я провожу тебя. Мейкону всё равно нужен ужин.
— Всё в порядке. Я сама дойду.
Я не хочу снова с ним ссориться. Сегодня он бросил меня здесь с младшей сестрой. В смысле, я бы наверняка нашла, с кем уехать, но он вообще не думает головой, и это не мило.
Он смотрит на меня. — Я тебя провожу.
— Ты уже достаточно помог, — огрызаюсь я.
Трейс уплетает свою еду, Даллас стоит у окна с сэндвичем, так ни разу и не расслабившись. Арми почти закончил. В рабочие дни они пропускают ланч, и мой желудок урчит, когда я понимаю, что сегодня я сделала то же самое.
Я тянусь и забираю с прилавка еду навынос, которую заказала для Марса, Пейсли и себя, но останавливаюсь, слегка наклоняюсь и тихо говорю, глядя на Арми:
— Те двое парней у окна. Один из министерства здравоохранения. Второй — Гарретт Эймс.