— Пушок, — позвал я, но никакой реакции не дождался. — Пушок, мне нужен артефакт, который я тебе давал.
Лениво, словно только что проснувшись, он открыл ближайший ко мне глаз, затем закрыл и открыл пасть.
— Молодец, — похвалил я рыбу на лапках и сунул внутрь руку.
Тайнопись попалась под неё сразу же. Я вытащил её, оставляя в Лимбе, раздумывая, стоил ли тащить её в реальный мир или нет. И потом решил, что не стоит. Наверняка, существуют различные приборы, которые могут её уловить. Тогда я сам взял и переместился в потусторонний мир.
Снова меня окутали тени, и послышался извечный вой, который сейчас доносился издалека. Я покрутил цилиндр в руках.
Да, в тот момент, когда я только приходил в себя в этом мире, мне показалось, что этот артефакт очень похож на остальные магические энергоблоки. Но теперь, рассмотрев их достаточно, я мог точно сказать, что это не так.
Тайнопись могла быть прабабушкой этих всех светящихся цилиндров и одновременно могла не иметь к ним ни малейшего отношения. Она была сплюснута, подобно кнопке, что отдал мне трибунал, но при этом светилась размеренным светом. Какого цвета? Я так точно и не понял. Сначала мне показалось, что жёлтого, практически такого же, как и солнце, сияющее на небе. Но затем я увидел зелёные всполохи.
Одним словом, всё это было очень необычно. Я принялся крутить артефакт в руках в поисках пластины, на которую можно было надавить, или углубления для отпечатка пальца. Но ничего подобного тут не было.
Я сдавливал артефакт, ударял об коленку, даже на зуб попробовал. А затем, подчиняясь наитию, взял его двумя руками и повернул половинки в разные стороны. Тайнопись залила Лимб густым зелёным и даже немного ядовитым светом, а части артефакта остались у меня в руках.
Живоглот странно хрюкнул и свалился с моего плеча.
Первым делом я присел и обернулся к своему питомцу.
— Пушок, ты в порядке? — спросил я. — Что случилось?
Он только хлопал выпученными глазами и пытался убрать взгляд от слепящего света.
— Свет делает тебе больно? — догадался я.
— Да. Очень, — ответил он, и я попробовал отвернуться от него так, чтобы из-за моей спины лучи ядовито-зелёного цвета до него не доставали.
И лишь после этого я снова обратил внимание на половинки артефакта, зажатые в моих руках. Внутри каждой из них располагалась пластина, свёрнутая в кольцо. На обеих были начертаны какие-то руны, подсвеченные сиянием самого артефакта. Причём, если снаружи этих самых пластин свет был ядовито-зелёный и очень неприятный для глаза, словно отпугивающий, то внутри — тёплый жёлтый, какой я видел с самого начала.