— Мне нужно готовиться к экзаменам, — ответил я на это, намекая на то, что, видимо, мне нужно будет искать другого помощника.
— Я могу тебя подтянуть, — улыбка стала неловкой.
— Вообще-то именно для этого ты сюда и пришла, — ответил я и, поняв, что разговор этот мне надоел, указал ей на дверь.
Впереди у меня был загородный пансионат Пирогова, где собеседники меня устраивали гораздо больше.
— Прости, — бросила она и вышла вон.
Я огляделся и сосредоточил свой взгляд на камердинере.
— Прислугу набирай толковую, жалованием не обижу, — сказал я ему и огляделся по сторонам.
У меня возникло ощущение, словно я что-то забыл. Да нет, чего я мог забыть? Всё на месте. Но тревожное ощущение не уходило.
На улице за окном послышались резкие голоса и взволнованные крики. Чем-то это мне напомнило вчерашнее утро. Интересно, у меня каждый день будет, как нашествие?
Я тяжело вздохнул и открыл дверь. Там люди в длинных чёрных плащах, которые они носили, несмотря на жару, скрутили Алису и положили её на тротуар.
— Вон он, — сказал один из них и указал на меня. — Внутри сидит.
— Ну здравствуй, Руслан, — проговорил полковник Голицын, подходя ко мне. — Теперь тебя ни один трибунал не отмажет!
— А меня и не надо отмазывать, — ответил я совершенно спокойно, наблюдая, как полковник идёт ко мне. — Я не сделал ничего такого, за что меня можно было бы преследовать, так что это ваша личная неприязнь ко мне. И на «ты» мы не переходили.
— Да что ты… — он осёкся, но правила приличия всё-таки брали своё, — вы говорите⁈ — Голицын улыбнулся такой мерзкой улыбочкой, что мне захотелось вышибить ему все передние зубы, даже кулак сжался, и пришлось приложить усилие, чтобы он разжался. — Вот эта шалава нам всё расскажет, — бросил он мне и указал на Алису, которую волокли к небольшому автобусу с тёмными стёклами.
— Да пускай рассказывает, — ответил я, усмехнувшись. — Вряд ли вам захочется побывать на её месте, полковник, — он нахмурился. — Да и нет у вас таких данных, как у неё. Там фигура, женственность, а у вас?
— Кончайте паясничать, Могучий! — Голицын, кажется, вскипел, чего я, собственно и добивался. — Вы знаете, почему мы здесь!
— И что? — я пожал плечами и оглянулся на свой мотоцикл, возле которого уже стояли двое в чёрных плащах. — Допросите её и узнаете, что я не замешан ни в чём предосудительном.
— У нас есть и другие методы, — полковник сцепил зубы, из чего я сделал вывод, что ничего у них толком нет, только примерные связи Алисы.
Но зачем же они тогда полезли? Чего им не хватало? Поторопились? Решили схватить побыстрее? Не похоже это на работу тайной полиции. И почему вокруг меня всё не то, чем кажется? Был ещё вариант: за мной установили слежку и решили, что я — такой же заговорщик, как и Алиса. Но тогда непрофессионально сработал именно соглядатай.