— Что не отменяет писем и указаний! Хотя может он и сам дурак, возомнивший о себе чересчур многое. Ничтожество, не смеющий носить на ханбоке герб своего Дома.
— Может, стоит вернуться к началу? Что именно задело вас, госпожа?
Леве взяла себя в руки, вздохнула:
— Тот день, когда напал Реол. Истий не сумел бы меня защитить, если бы не помощь одного юноши.
— Вы о том юноше, госпожа?
Леве сверкнула глазами:
— Их там было много?
— Вообще-то, да, — спокойно, но скрывая улыбку, возразила дистро, — целый выпуск Кузни, но я поняла о ком вы. О том широкоплече…
— О том, кто прыгнул на Кровавого, сумев его отвлечь!
— Да-да, госпожа, мы говорим об одном и том же человеке, — кивнула служанка и нахмурилась. — Но разве вы не вручили ему дар? Меч вроде бы.
Леве поджала губы:
— Ты сама сказала, что меня ранила правда. Как думаешь, меча, причём дешёвого, хватило расплатиться за моё спасение?
Служанка кивнула:
— Вижу, вы всё так же строги к себе, моя госпожа.
— Хватит меня утешать и льстить, всё, я больше не гневаюсь, а хочу узнать ответы, — топнула ногой Леве. — Первое — почему этот Лиал оказался в Академии и что значит — был здесь учеником? Как идар и ученик Кузни мог стать учеником Академии?
Голос из-за пределов шатра вмешался в их разговор:
— Госпожа?
Леве повернула голову на голос:
— Истий?
— Госпожа, у меня есть ответ на этот вопрос. Вы разрешите войти?
Леве с досадой оглядела разбросанные по ковру крема и притирки, затем махнула рукой:
— Входи.
Истий даже глазом не повёл при виде разгрома, склонился:
— Моя госпожа, простите, что невольно я услышал вас…
— И сильно я кричала? — опомнилась Леве. — Кто ещё слышал?
— М-м-м, мой напарник из этих, возможно, внутреннее кольцо стражи, сильнейшие из них.
Леве на миг прикрыла лицо ладонями:
— О-ох! — но справилась с собой, выпрямилась, расправила плечи и повелела. — Рассказывай.
— Не так давно, буквально три месяца назад на севере разошлись слухи про судебный поединок между Домами Денудо и Вораз. На нём Лиал убил наследника Вораз и…
— Ему грозила казнь, — продолжила вместо телохранителя Леве, все поняв. Нахмурилась. — Но он здесь. Неужели он выторговал себе жизнь, предложив пройти второе посвящение? Какой ужасный риск. Если он учился в Кузне, то являлся в лучшем случае вторым сыном и его отец решил пожертвовать провинившимся сыном…
— Госпожа, — осторожно перебил её Истий. — Он единственный ребёнок в Доме Денудо, и всегда им был.
Леве вновь заалела в смущении. Хорошо же она знает того, кто перевернул ту безнадёжную схватку. Правда ранит, да.
И снова она согласилась, сделав вид, что всё в порядке: