Один, который повыше, курит с крайне деловым видом, второй, ростом почти с меня, выжидательно смотрит на мое лицо, отыскивая на нем эмоции испуга и страха.

«Ага, спрятались тут перекурить, и я как раз мимо прохожу, поэтому решили докопаться. Думают наивно, может получится денежкой разжиться на халяву, поднять свой статус в своих же хабзайских глазах», — хорошо понятно мне.

Раньше я бы немного струхнул, не зная, чего ожидать от непонятной ситуации, но вот теперь с новыми взрослыми мозгами паниковать больше не собираюсь. Пусть я внешне маленький паренек, однако противники не сильно крупнее меня, хотя и постарше, как минимум, на один год. Но вот солидная уверенность у меня уже есть, за долгую и достаточно боевую жизнь, пусть я не вешу сейчас девяносто кило, а примерно раза в два поменьше.

— Чего вам? — спокойно спрашиваю я подходящих подростков.

— Слушай, деньги есть? Есть немного? — настойчиво спрашивает курящий и тоже глядит мне в лицо, ожидая увидеть неуверенность или испуг.

Сейчас я скажу, что нет, тогда они предложат поискать, поэтому отвечаю уверенно, что для меня теперь совсем не трудно:

— Есть, конечно! Что я, нищий какой-то, что ли? Нищим в кафе делать нечего, только на входе корки хлебные грызть!

О-па, уверенный голос и наглая интонация показывают мелким шакалам, что жертва никак не чувствует себя жертвой, поэтому обобрать ее немного затруднительно. Они мнутся и делают вид, что готовы отстать с претензиями, раньше я бы ушел счастливый, но вот сейчас мне такого уже как-то маловато будет. Пора дать им прикурить, чтобы узнавали издалека и не лезли с настолько наглыми предложениями, как поделиться монетой, к будущему сильно авторитетному парню.

«Нужна победа за явным преимуществом, чтобы крылья за спиной выросли и уверенность перла из меня», — уверен я.

Я себя самого, конечно, не вижу сейчас, но перед моим взрослым и циничным взглядом мнутся двое щуплых девятиклассников, решивших срубить немного деньжат с невысокого подростка. Может быть они рискнули на такое дело первый раз в жизни, наслушавшись рассказов более старших и опытных товарищей, как щипать мелочь у мелких школьников.

«Хорошо бы им выписать прививку от попрошайничества именно сейчас, сломать на взлете, так сказать, криминальной карьеры. Вылечить и вернуть обществу полноценными людьми», — усмехаюсь я.

Поэтому добавляю презрительно:

— И чего вам надо, бедолаги?

Парни понимают, что наезжают уже на них, лица становятся решительными, все же их двое здесь и они старше.

Но я больше ничего не жду, давно зажав в кармане куртки гайку в левой руке, легко сокращаю дистанцию, коротко и увесисто бью курящего по правой скуле. Кулак с тяжелой железкой прикладывается точно, именно как надо, сигарета вылетает изо рта парня, как бенгальская свеча. Совсем не ожидавший подобного резкого развития диалога пэтэушник валится в снег и еще сильно ударяется лбом об утрамбованный наст.