Видно, что не просто так стоят, а чего-то ждут.
Скоро уходит электричка домой, я на подъеме от первой продажи, вечером прогулка с Юлей, поэтому тороплюсь закончить и здесь поскорее, чтобы пораньше вернуться в город.
Останавливаюсь сам, смотрю на них, они на меня, достаю из сумки через плечо кого-то из Мориса нашего Дрюона и жду реакции, ясно же, что мужики тут не просто так стоят. Должны обозначиться сами, если есть интерес.
Подходят двое мужчин, те, которые по отдельности, пара негромко переговаривающихся остается на месте.
— Продаете? — спрашивает первый, который в очках, разглядывая книгу у меня в руках.
— Конечно.
— Почем? — спрашивает очкарик, второй смотрит мне в лицо, а не на книгу почему-то.
— Восемьдесят копеек, — говорю я, вспоминая про птичий язык Ульянки.
— Сколько? — удивлен парень.
— Восемь, — отвечаю я непонятливому человеку, внимательно смотрю на его соседа, который мне чем-то не нравится.
Потом перевожу взгляд на двоих, стоящих в стороне, и вижу, что выражение на их лицах мне тоже не нравится.
Кажется, смотрят они в нашу сторону с плохо скрываемой насмешкой, однако очкарик сразу же достает деньги и отсчитывает мне восемь рублей без торга. Я на автомате забираю деньги, отдаю ему книгу, он, счастливо улыбаясь, говорит мне:
— Сегодня у моей девушки день рождения, она как раз такую просила меня достать.
Предчувствие чего-то нехорошего не подводит меня, ведь второй, невысокий парень в обычном советском пальто уверенно говорит нам обоим:
— Оперуполномоченный… Куйбышевского района лейтенант Игорь… Вы оба задержаны за продажу и покупку книги с рук с целью спекуляции!
Он достает из внутреннего кармана корочку красного цвета, даже не открывая ее, просто машет ей перед нашими потрясенными лицами.
А я ведь как-то понял за долю секунды, что сейчас произойдет что-то очень нехорошее.
По взгляду опера и его выражению лица, когда он заранее захотел закричать: «Попались, голубчики! Оформляем спекулянта и покупателя!»
Мелькнуло такое предчувствие, да еще выражения лиц у тех мужиков в сторонке — все вместе чуть-чуть не успело дать сформироваться мысли, что тут явно что-то не так.
Жаль, не успел остановить очкарика с деньгами, слишком он быстро их достал и не торговался совсем.
«Что тут вообще чертов опер делает? У него других занятий нет, что ли, как на такой мелочевке народ ловить?» — недоумеваю я.
Вот что сейчас произошло, теперь я отчетливо осознал, что значили кривые ухмылки тех двух мужиков, которые не двинулись с места, а теперь откровенно лыбятся нашему залету. Они все знали и ждали такого предприимчивого, но глупого барыгу, который, не зная никого в лицо и даже немного не присмотревшись к народу, сразу ломанулся светить и продавать товар.