«Не самый гламурный выход, — продолжила она. — Зато надежный. Если, конечно, ты не зацепишься там своими… пикселями. А то твой музыкальный цензор будет очень смешно светиться в темноте. И выдаст нас с потрохами».

Выбора не было. Прыжок. Симбиот дал мне необходимую высоту. Скрежет металла. Решетка поддалась. Я подтянулся и влез в узкий, пыльный короб вентиляционной шахты.

Я полз по ней, как крот-переросток. Матеря про себя всех строителей, дизайнеров интерьеров. И особенно слишком настойчивых женщин в серебряных костюмах, которые не понимают слова «нет». Или, в моем случае, слова «я в туалете, занято!». Вентиляция оказалась настоящим лабиринтом. Узким, темным и пахнущим так, будто здесь недавно умерла целая колония мышей. И забыла завещать свои тела науке.

— Куда теперь, мой верный GPS с функцией сарказма? — прошептал я. Стряхнул с шлема паутину. Ее здесь было столько, что хватило бы на пару свитеров.

«Терпи, мой отважный трубочист! — бодро отозвалась Алиса. Ее голограмма парила рядом, проходя сквозь грязные стенки. — Сейчас проложу маршрут к Витьку… Стой. Стоп-стоп-стоп! Тормози, Сеня!»

Я замер. Мои клечатые штаны жалобно скрипнули.

«Я что-то чувствую, — ее голос стал напряженным. — Сигнатуры. Очень слабые… точнее, хорошо замаскированные. Но они есть. Где-то… налево. Похоже на закрытую вип-комнату. Или тайный кабинет. Источник — минимум три Одаренных. Хочешь заглянуть?».

«Почему бы и нет? — решил я. — После всего, что произошло сегодня, хуже уже точно не будет».

Свернув в указанный проход, я пополз еще метров десять. Пока не наткнулся на решетку. Сквозь узкие щели пробивался приглушенный свет. И доносились голоса.

Я замер, превратившись в слух. Прижался к решетке так близко, как только мог.

За ней виднелась небольшая, но роскошно обставленная комната. Круглый стол из темного дерева. Бархатные кресла. И три фигуры в масках, склонившиеся над голографическим экраном. Золотой Сокол. Серебряная Лиса. Черный Волк. Мои «кукловоды». Те, кто дергал за ниточки этого турнира.

— Герман — идиот, — голос «Золотого Сокола» был холоден, как сталь, и так же остер. — Я предупреждал. Он не справился. Его хваленый турнир превратился в балаган. Балаган с участием каких-то плебеев. Этот Хирург, Аргента… они путают все карты. Приз должен был достаться одному из нас. Тихо. Без лишнего шума.

— Я же говорила, что полагаться на этого мужлана — плохая идея, — вторила ему «Серебряная Лиса». Ее голос был спокойным. Но в нем слышался яд кобры, готовой к броску. — Он слишком жаден. И слишком глуп, чтобы вести тонкую игру. А теперь еще и Лорд Шен. Он в ярости. Его отбытие — это не просто уход. Это объявление войны. Боюсь, теперь у нас проблемы не только с «левыми» участниками. У нас проблемы с Восточным Синдикатом.