Это была самоубийственная игра на грани. Мои мышцы горели от напряжения. Но я видел, как Джин, до этого уверенный в своем превосходстве, зашипел от боли. И схватился за ногу, которая получила разряд тока. Изначально направленный в меня.

Его идеальная площадка для танцев превратилась в минное поле. И оно взрывалось уже не под моими, а под его ногами.

В ложе Дядя Герман яростно затряс браслетом, не понимая, почему его дорогая игрушка барахлит.

— Что за… Он же должен!.. — донеслось до меня сквозь рев толпы.

ИИ, перегруженный моими хаотичными, непредсказуемыми действиями, захлебывался в противоречивых командах. Он пытался одновременно предсказать десяток моих следующих шагов.

И его процессор не выдержал.

Браслет на жирном запястье Дяди Германа зашипел. Из него повалил едкий дымок, а затем он вспыхнул снопом искр. Герман взвыл от боли и неожиданности. Он сорвал бесполезный кусок пластика и затряс дымящейся рукой.

Контроль был потерян.

Арена сошла с ума. Теперь ловушки срабатывали случайным образом по всей ее поверхности. Плиты вспыхивали электричеством, становились то скользкими, как лед, то вязкими, как болото. Без всякой логики. «Зеленый коридор» для Джина исчез.

Теперь мы были в равных условиях. В условиях абсолютного хаоса. И в этом хаосе я был как рыба в воде.

— Ну вот, носитель, ты сломал их дорогую игрушку, — в голосе Ярослава прозвучало неприкрытое веселье. — Теперь это больше похоже на настоящий бой!

Джин был дезориентирован. Он привык к идеальным условиям, к тому, что арена помогает ему. Теперь же она стала его врагом. Он поскользнулся на внезапно обледеневшей плите, и его идеальный ритм на мгновение дрогнул.

Этого мне хватило.

Я рванулся вперед, чувствуя, как под моими ногами активируется вязкое нанопокрытие. Но я не сопротивлялся ему — я использовал его как точку опоры, как пружину. Мой удар был не просто сильным. Он был наполнен всей яростью и унижением, которые я испытывал, сражаясь с невидимым ИИ-подлецом.

Кулак врезался в золотой покров Джина. Раздался оглушительный треск, словно раскололся гигантская хрустальная скала. Покров разлетелся на тысячи мерцающих осколков. Следующий удар пришелся Джину точно в челюсть.

Глаза бойца, до этого полные холодной уверенности, широко распахнулись. Его тело взмыло высоко в воздух. Описав дугу, безвольно рухнуло на помост. Пару раз Джин дернулся, но… встать так и не смог.

Нокаут.

Я кивнул, отдавая дань уважения его навыкам. Парень был реально хорош. Уж не знаю, был ли он в курсе всей этой подлянки с полом… Мне показалось, что нет. Слишком уж удивленным выглядел, когда пол начал его атаковать.