Молот издал низкий рык и ударил себя кулаком в грудь. Раздался глухой звук, как будто кто-то хлопнул дверью холодильника. Искра же кокетливо помахала ручкой, отчего с ее пальцев сорвалось несколько искр. Они упали на пол и с шипением погасли, оставив после себя несколько темных пятнышек.

«Так, Сеня, экспресс-анализ, пока эти двое позируют, как на обложке журнала „Мода и Мордобой“, — зазвучал в моей голове деловитый голос Алисы. — Классическая связка: „танк“ и „дамагер“. Молот — модифицированный киборг, тупой, медленный, но если попадет, от тебя останется только мокрое место и шлем. Чую в нем встроенный усилитель ранга В, это серьезно. Мозгов у него, судя по выражению лица, примерно как у тостера. Да и тот, наверное, умнее. А вот Искра — „стеклянная пушка“. Быстрая, бьет больно, шило у нее в… ну, ты понял где. Её покров слабоват для В-класса, но ее разряды… в общем, не рекомендую подставляться. Идеальная тактика — заставить пушку стрелять по танку. Желательно, много раз. А потом добить обоих».

«Спасибо, Кэп», — хмыкнул я и резко вскинул руки вверх, красуясь. Толпа снова приветствовала меня ревом. Я старался выглядеть максимально невозмутимым, хотя внутри все напряглось, как струна.

Пока Циклоп распинался о предстоящей «кровавой бане», я заметил интересную движуху в рядах участников турнира и в VIP-ложах.

Первой действовать начала Аргента. Она, не меняя своей изящной позы, что-то коротко сказала двум фигурам за ее спиной. Это тоже были бойцы-финалисты, «Тень» и, кажется, «Клинок». Они молча кивнули и плавно, словно два призрака, двинулись прочь от Аргенты. Вскоре они скрылись в служебных коридорах. Их движения были настолько синхронными и бесшумными, что просто не могли принадлежать людям….

«Опаньки, — прокомментировала Алиса, транслируя мне увеличенное изображение прямо на сетчатку. — Эти двое явно не за попкорном с колой пошли».

Следом зашевелились в ложе Лорда Шена. Восточный аристократ бросил короткий, почти незаметный взгляд на своих телохранителей в дорогих костюмах. Те, словно прочитав его мысли, синхронно поклонились и тоже растворились в темноте коридоров.

'И эти туда же, — подумал я. — Кажется, вечеринка перемещается за кулисы.

Но самый большой цирк начался у Дяди Германа. Он яростно тыкнул своей потухшей сигарой (точнее, ее маленьким кусочком) в сторону арены, и рявкнул что-то на ухо своему начальнику охраны. Тот, бледный как смерть, закивал, как китайский болванчик, и отдал по рации какой-то приказ. Несколько громил в форме, дежуривших у ложи, тут же сбились в кучу и ломанулись в те же служебные коридоры. Чуть менее элегантно, чем люди Аргенты. Почти как стадо бегемотов, спешащих на водопой.