Второй охранник растерянно обернулся на звук и тут же получил короткий, точный удар в основание черепа от материализовавшегося за его спиной Тени. Громила мешком рухнул на пол, даже не пискнув.

Третий, увидев это, застыл в ужасе. Он уронил свой парализатор и хотел было закричать, но теневая фигура уже была рядом. Короткое движение — и третий охранник присоединился к своим коллегам в стране бессознательных сновидений. Все произошло за пять секунд. Чисто. Профессионально. И очень, очень страшно.

«Ну вот, мусор убрали, — констатировала Алиса, ее голос был холоден, как металл серверных стоек. — Сеня, смотри внимательно. Это не просто ловушка. Тень расставляет диски-подавители. Они создают локальное поле, которое не просто обездвижит Юки, а сотрет ее поведенческую матрицу. Все ее „личности“ — и цундере, и янгире — будут стерты. Останется только пустая оболочка, безвольный интерфейс для управления артефактом. Они не собираются ее ловить. Они собираются ее лоботомировать».

Я смотрел, как Тень, теперь уже не отвлекаясь, подходит к последней точке, чтобы замкнуть контур своей цифровой гильотины. Клинок на мостике сверху уже наводил свой браслет, готовясь активировать поле. А Юки… она стояла, растерянно глядя на поверженных громил, и ее боевая стойка снова сменилась на позу испуганной школьницы. Она не понимала, какую участь ей готовят.

«Это наш шанс, босс, — продолжила Алиса. Её голос стал более холодным, безупречно логичным. — Пока они заняты „очисткой“ Юки, мы можем выждать… и атаковать. Вынесем этих двоих крысюков со спины, а потом заберем очищенную и послушную куклу себе».

И я почти согласился. Это было самое разумное решение. Выждать. Ударить в спину. И забрать приз. Но перед моими глазами снова возник ее образ — растерянной, испуганной девчонки. Которая шептала «больно» и не понимала, почему ее система сходит с ума.

Стереть ее? Превратить в пустую оболочку?

«Там… кто-то есть, Алиса, — мысленно ответил я. — Не просто аниме-калькулятор, а кто-то… вроде тебя. Пусть и даже более примитивный. Думаю, мы сможем с ней договориться».

«Сеня, это иррационально! Эмпатия к боевому ИИ — это симптом, который требует медикаментозного лечения! Вероятность твоего выживания при вмешательстве падает до семнадцати процентов!»

«Значит, будем работать с этими семнадцатью процентами», — решил я. — Ты сможешь ее подлечить?'

«Ничего не обещаю, Сеня… — Алиса вздохнула. — Она должна дать мне доступ…»

Я замер за своей серверной стойкой, словно часть тени. Прямое столкновение — самоубийство. Нужно было действовать хитрее. Нужно было разделить их.