«Но это требует времени?» — худо-бедно он понимал, как работает дар пифии. Я объяснил.

«Даже не представляю сколько…»

«И ты решил спасти мир?» — долбаный циник! В своём репертуаре. Но ответ на этот вопрос у меня был. И ничего героического или пафосного в нём не было.

«Мне в нём жить, как бы! Другого у меня нет!»

«Слушай, а ты не нагнетаешь? Всегда имеется какое-нибудь мрачное пророчество о конце света. Даже в твоём мире их полно».

Слова были практически таким же, какими и я себя успокаивал не так давно. Но тут он был не прав. С предсказаниями о конце света от разного рода кликуш данная ситуация не имела ничего общего. Одно дело — страх перед гипотетической катастрофой, и совсем другое — понимание, что к ней ведёт чья-то холодная воля.

Я в ответ лишь покачал головой, нет, мол, не нагнетаю. Двойник проникся — дару он доверял даже больше, чем я.

«У тебя уже есть план?»

«У меня был план. Напакостить папистам, выстроить вероятности нужным образом и героически сбежать. А теперь плана у меня нет!»

Смотреть как на его — моём — лице появляется моя же улыбка, полная сомнений и, одновременно, уверенности в невеликом уме собеседника, было странно. И не очень приятно.

«Что?»

«Я, прости, не понял, что изменилось?»

«В смысле, что изменилось? Всё изменилось! Мне нужно теперь полностью всё пересмотреть. Нужно остановить католиков, чтобы того будущего, что они готовят, не случилось!»

«То есть: выстроить вероятности таким образом, чтобы максимально напакостить папистам и героически сбежать. Я всё правильно понял?»

Я открыл рот, чтобы ответить ему какой-нибудь резкостью, и миг спустя захлопнул его. Происходи всё не непонятно где, будь я в теле, а не в проекции оного, зубы бы щелкнули.

«Дошло, истеричка?»

«Угу,» — буркнул я, неохотно признавая его правоту.

«Вот! Игорь Сергеевич ещё научит тебя, сосунка, жизни! — довольно заржал он. — Только героя не врубай, ладно? Ты — пророк. Твоё оружие — не кулаки и аспекты».

«Поучи папу курить!»

«Правильный настрой, подменыш! Всё, я ушёл, а ты думай давай. Не посрами и всё такое!..»

Исчезая из странного места, где проходили наши встречи, я успел подумать, что сам себя накрутил грандиозностью задачи. Превратил её в собственных глазах в невыполнимую и начал бояться. Классика.

А ещё, эта мысль пришла, когда я уже во плоти лежал на кровати, складывалось впечатление, что двойник нашёл на моём ноутбуке папку с сериалами. И плотно на них подсел.

Утро принесло окончательную уверенность, что всё у меня получится. Напевая под нос «Девятый скотч за одну эту ночь», я умылся и пошёл делать себе завтрак — никто не мог жарить яйца так виртуозно. И, разумеется, был перехвачен протектором на входе в кухню. Моё показное равнодушие бросало ей вызов, и она не собиралась сдаваться.