Первых дикарей мы увидели весной, после нашей памятной разведки. Выйдя на берег Роны, они смотрели в нашу сторону, где вырос порт и целый город. После ухода дикарей, Бер со своими спецназовцами, скрытно переправился через реку и добыл «языка». Пленник оказался кроманьонцем, физически развитым, и как не странно, слегка косоглазым. Язык дикаря не был знаком, но речь у него была развита. Бер рассказал, что дикарь оказал ожесточенное сопротивление, даже связанный, он дико вращал белки глаз, исступленно крича на своем языке.

Была надежда, что пленник образумится, а со временем с ним удастся пообщаться и выведать у него полезную информацию о численности его племени. Эта надежда умерла в тот же день, Шум прознав, что пленили дикаря, просто удушила его насмерть, воспользовавшись тем, что охрана отлучилась в кустики. Словарный запас позволял с ней общаться и без помощи Санчо. Из слов женщины понял, что именно от представителей этого племени, они убегали, когда наткнулись на медведя. Шум допустила ошибку, но наказаны были охранники, оставившие свой пост.

Баржа, предложенная Тиландером, как средство перевозки скота и людей, была построена лишь осенью второго года жизни в Макселе. В течении второго, третьего и четвертого года Тиландер и Мар занимались перевозкой животных, полезных ископаемых и людей с Плажа. Часть верблюдов, среди которых были старые животные, пришлось оставить. В окрестностях Макселя не было найдено каменного угля, его пришлось возить с Плажа. Территория порта стала похожа на промышленный центр, где возвышались уголь, груды железной руды и прочих металлов, остававшихся в Плаже. На четвертый год нашего проживания в Макселе, я заложил небольшую колонию на Южном побережье Корсики, а Плаж покинул последний человек.

Лар и Раг с последними воинами, были последними кто взошел на корабль. Обе колонии на Кипре существовали прекрасно, райский остров я не собирался оставлять. За эти пять лет, мы с Нел дважды посетили Кипрус, и по одному разу брал с собой Алолихеп и Сед. Колония Славрус на Родосе тоже процветала: им даже пришлось делать второе поселение в трёх часах ходьбы, настолько разрослось первое поселение. Жители островных колоний радовались как дети, стоило мне появиться у них. Практически сразу, резали овцу или свинью, раскладывали костре и начиналось веселье. Островные колонии были защищены от нашествия врага, а мягкий климат и изобилие, делали их добродушными и приветливыми. В дальнейшем, это могло сыграть с ними злую шутку, но предусмотреть все в жизни на века, я просто был не в состоянии.