На верхнем этаже двери разъезжаются, и мы сразу попадаем в огромную квартиру. Не выпуская меня из рук, Тимур проходит прямиком в просторную ванную комнату, расположенную у самого входа. Опускает меня на пол. Выходит на минуту, а вернувшись, ставит на столешницу у раковины массивный пластиковый кейс аптечки.
— Приводи себя в порядок, — сухо роняет он. Дверь за ним закрывается.
Оставшись одна, я первым делом защелкиваю фиксатор замка. Ненадежная преграда, но с ней дышать становится чуточку легче.
Скидываю с плеч куртку и придвигаю к себе аптечку. Внутри — стерильные салфетки, антисептики, мази, одноразовые шприцы и даже пинцет. Вид медикаментов безотказно возвращает почву под ногами. Мозг с облегчением цепляется за простые, отработанные до мышечной памяти движения.
Смыв грязь с ног в теплой воде, я устраиваюсь поудобнее. Кончиком стерильной иглы от шприца аккуратно поддеваю края ранок и одну за другой вытягиваю пинцетом застрявшие в коже колючки и занозы. Обильно промываю хлоргексидином. Наношу на салфетки мазь, прикладываю к подошвам стоп и туго фиксирую эластичным бинтом. Достаю из аптечки блистер с обезболивающим, выдавливаю таблетку и проглатываю, запив водой прямо из-под крана.
Только сейчас, когда паника немного отступает, до меня в полной мере доходит весь масштаб катастрофы. Телефон, ключи, документы — всё осталось дома.
Отперев замок, я приоткрываю дверь и осторожно, стараясь наступать на внешние края стоп, выхожу в коридор.
В просторной гостиной с панорамными окнами горит приглушенный свет. Тимур развалился на диване, а напротив него устроился светловолосый мужчина — заметно моложе, но ничуть не уступающий ему ни в размахе плеч, ни в тяжести взгляда.
Тимур
Дверь спальни тихо закрывается за медсестричкой. Я перевожу взгляд на брата:
— Кто был на тех тачках?
— Сейчас пробиваем номера по камерам с трассы, — отзывается Леха, посерьезнев. — В сам поселок они заехали с выключенными фарами. Твою машину, на которой ты приехал, срисовали сразу. Двигались целенаправленно, хотели перехватить тебя у самого дома. Охуевшие в край! Единственное — не учли, что со стороны лесополосы тебя подхватит вторая тачка.
— Получается, они знали про девчонку?
— Да, бл…ть, получается, знали! — со злой досадой рубит Леха. — Либо вычислили ее раньше и просто ждали, когда ты сунешься к ней снова, либо сели вам на хвост еще от города. А мы наивно полагали, что про нее никто не в курсе.
— Ты чего за нее так переживаешь, Лех? — прищуриваюсь я.
— Я за тебя, бл..ть, переживаю! — огрызается брат, но тут же сбавляет тон. — Хотя малышка эта реально тебя вытащила. Саныч тогда ее хвалил. Сказал, что сработала как надо.