Встаю и отступаю на шаг. Окидываю взглядом проделанную работу. Вроде издалека похоже: бугорок и бугорок.
Оглядываюсь: вокруг — никого.
Бегу домой.
Какое же счастье, что мой дом крайний на улице! За ним, конечно, стоит еще один домишко, но он давно заброшен, хозяева там не живут. Поэтому я напрямую пробираюсь через заросший травой чуть ли не по пояс соседский огород.
Влетев во двор, первым делом срываю сохнувшую на веревке старую тряпку. Наскоро обмотав ею пистолет, прячу этот сверток под крыльцо, заталкивая в самый дальний угол за досками.
Прикрываю глаза, чтобы хоть немного перевести дыхание. Сердце безумно колотится.
Выждав пару секунд, срываюсь обратно. В санаторий.
Только бы успеть. Только бы никого не встретить по дороге.
Господи, помоги…
И не надо мне утверждать, что все врачи, в том числе и будущие, — атеисты. Я — точно нет. Ну а на кого мне еще надеяться? Только на себя. И на Бога. На то, что пронесет. И в этот раз — тоже.
Добегаю до здания санатория, не встретив по пути ни одной живой души.
Шагаю по лесной тропинке, возвращаясь со смены домой.
Скоро сентябрь. С первыми холодными дождями схлынет бесконечный поток отдыхающих, и на работе наконец станет полегче. Может, хоть график разгрузят. В начале лета уволились сразу две медсестры, поэтому работали практически без выходных.
Хотя, если честно, мне это было даже на руку.
Я ведь собиралась в этом году подавать документы в медицинский университет. Но сама нашла сотню предлогов, чтобы отложить поступление еще на год. Убедила себя, что навалилось много работы, что не успела как следует подготовиться. Решила подкопить денег, чтобы нанять репетитора и к следующему лету быть во всеоружии.
Но на самом деле внутри сидит дурацкий страх: я недостаточно хороша.
Нет, на практике я чувствую себя более чем уверенно. Но теория… Для вуза нужно заново сдавать русский язык. В колледж я как-то проскочила с минимальным проходным баллом — гуманитарные предметы стояли в самом конце списка моих приоритетов. Зубрила только химию и биологию.
Поэтому, глядя на конкурс в вузе, я просто струсила.
А платное отделение я не потяну. Да, у нас есть небольшой дополнительный доход — городская квартира, которую мы сдаем. Но все деньги со сдачи я пересылаю Янке в Питер. Это была ее мечта — там учиться. Разве я могла отказать сестре?
Янка младше меня на четыре года, но я ощущаю себя намного взрослее, словно между нами целая пропасть. Так бывает, когда ты сама еще ребенок, но тебе приходится защищать другого, еще более беспомощного. Детство внезапно заканчивается. Ты становишься младшему щитом, родителем, спасательным кругом. И эту роль из себя уже ни вытравить, ни подвинуть.