Марк с трудом хлопает склеенными от слез ресницами, а потом неуверенно кивает.
Мои губы растягиваются в взволнованной улыбке.
Я глажу его щечки большими пальцами.
– Но папа все еще злится на меня?
Я прикусываю нижнюю губу.
– Я думаю, он просто испугался.
– А ты?
Я тихонько усмехаюсь и провожу ладонью по его голове.
– Я тоже.
– Тогда почему папа ушел, а ты осталась?
Я беру Марка за руки и наклоняюсь к нему, говоря заговорщицким тоном:
– А ты знаешь, для чего нужны два родителя?
Он удивленно качает головой.
– Пока папа злится, мама нормальная, а когда терпение мамы заканчивается, то папа уже отходит.
– Яся! – раздается голос Демида, и я по инерции оборачиваюсь. – Все нормально у вас?
И снова смотрю на Марка.
– Ну, что скажешь? У нас все нормально?
Марк кивает, пожевывая нижнюю губу.
–Тогда пойдем мириться с сестренкой?
– Пойдем.
Демид – это сплошное высоковольтное напряжение. И когда он видит меня и идущего со мной за руку Марка, кажется, напрягается еще сильнее. Как будто Серов нервничает, потому что ни черта не понимает. В его глазах буквально горит вопрос: «Как?»
– Ну что, успокоилась?
– Да.
Удерживая Варю на руках, Демид делает шаг нам навстречу. Марк высвобождает из моей руки свою, и я чувствую, что он опять хочет закрыться.
Взгляд – снова в пол. У меня складывается ощущение, что крик взрослого для него – основательный стресс. И именно поэтому присутствие Демида заново заставляет Марка нервничать.
– Он хотел бы извиниться, – говорю я одними губами, глядя на взвинченного Серова. – Прояви понимание, – добавляю очень тихо.
Серов в замешательстве, сомневается, но все же опускает Варю на пол, поправляет ей платье и, упершись руками в колени, переводит внимание на сына.
– Прости, что накричал. – Демид прочищает горло. Проводит ладонью по волосам. Вздыхает. – Я просто испугался.
Марк ковыряет носком пол. Молчит. А потом несмело поглядывает на меня.
Я улыбаюсь ему, наклоняюсь и сближаю их с Варей. Моя звезда с подбитым глазом тоже начинает скромничать. Стоит, теребит подол платья. Тоже испугалась.
– Варюш, Марк хочет тебе кое-что сказать. Выслушаешь его?
Кивает, отчего ее хвостики забавно подпрыгивает.
Я же немного дистанцируюсь и теперь наблюдаю за ребятами со стороны.
Марк делает маленький шажок.
– Ты… – смотрит на сестру исподлобья. – Ты извинишь меня?
Внезапно мы с Демидом становимся лишними и поэтому предоставляем детям возможность наладить контакт самостоятельно.
Серов становится рядом, напряжение в нем по-прежнему мощное, кожей чувствую. А потом притягивает меня к своему боку, обхватив за талию, и целует в висок.