Управляющий побледнел ещё больше. Степан тоже достал пистолет и обратился ко мне:

— Барин, разрешили я вышибу ему его паршивые мозги, — Степан тут же похабно и гадко осклабился и ткнул пистолетом управляющему между ног. — Но лучше будет ему вонючие паршивые яйца отстрелить, сначала одно, затем другое.

Семён Иванович окончательно сник. Он затрясся и заплакал.

— Я… я не хотел…

— И что ты хотел? — наседал Степан. — Обокрасть своих хозяев?

— Я думал, они всё равно не узнают…

— Вор! — рявкнул я на Семёна Ивановича. — Ты обычный вор!

— Я не вор! — запротестовал тот. — Я просто… взял на сохранение…

— На сохранение? — засмеялся Степан. — И сохраняешь в доме любовницы или кто она тебе.

Он с силой надавил на пистолет и это было последней каплей добившей управляющего.

— Хорошо, хорошо! — застонал он. — Да, я брал деньги! Да, я продавал вещи! Но не весь же доход крал! Часть отдавал!

— Сколько украл? — потребовал я.

— Не знаю точно… Может, тысяч двадцать за все годы…

— Двадцать тысяч! — ахнул Степан. — Да это же целое состояние!

— Помилуйте! — взмолился Семён Иванович. — У меня семья!

— Надо было думать раньше, — отрезал Степан. — Воров не жалеют.

Семён Иванович зарыдал.

— Я всё расскажу… всё отдам…

— Вот и правильно. А сейчас я забираю украденные у меня деньги и вещи. Письма я отправлю властям, им же сдам и тебя.

Мы погрузили все найденное в нашу карету, запихали в неё негодяя Семена Ивановича и не дожидаясь рассвета, поехали в имение.

Коляску управляющего и найденную оседланную лошадь решили тоже захватить с собой.

Что за хутор мы не знали, Степану неожиданно он был не знаком. Поэтому судьбу лучше не испытывать и побыстрее унести отсюда ноги.

— Барин, — сказал Степан, когда мы подъезжали к Сосновке, — а ведь вы и правда изменились после того случая. Раньше вы бы до такого ни за что не додумались бы.

— Может быть, Степан, — ответил я. — А может быть, просто время пришло взяться за ум.

— А что теперь делать будем? — спросил он.

— Теперь, Степан, мы займёмся настоящим хозяйством. Будем из Сосновки образцовое имение делать. Деньги есть, руки есть, голова на месте. Что ещё нужно?

Карета въехала во двор усадьбы. Я смотрел на свой дом, на сосновый бор вокруг, на реку внизу, и думал о будущем. Двадцать тысяч рублей — это шанс. Шанс начать всё сначала и сделать правильно.

Но сначала надо закончить мерзкую историю с Семеном Ивановичем. Я совершенно не представлял как правильно поступить.

Мысль сдать негодяя напрямую властям, я сразу же отмел. Неизвестно как эту историю воспримет тот же полицеймейстер Калуги. Он, коснись чего, своей властью меня в порошек сотрет.