Холодильник имеет два отдельных входа, и в результате сырое и готовое не будет пересекаться.

Сидор молодец, разобрался в моих рисунках и сделал всё как я придумал. Хотя вполне возможно, что его консультировал Вильям. Наш басурман каким-то образом вполне успешно преодолевает языковой барьер.

— Ну что же, замечательно. Два вопроса, как дела на полях, есть ли проблемы?

— Какие там могут проблемы, пашем, потом надо сразу же сеять озимые. Дело знакомое.

— Отлично, а теперь последнее. Кто тут будет сторожем?

— Еще не решил, но не сомневайтесь, вечером будет и кобеля сюда приведу. Из-за него пока сомневаюсь кого ставить.

— Как Вильгельм? — шутейно я назвал англичанина именем данным ему при крещении.

— Старается, барин. Могет быть и будет с него прок. А Маня очень довольна.

Пункты один, два, три можно сказать полностью выполнены и можно начинать сверх плановые работы: копчение оставшихся кусков.

Возле взрослых мужиков ужом вьются мелкие, которые выполняют различные поручения: типа отнеси, принеси или просто глазеют как работают взрослые.

Одного из них я послал к Серафиму с приказом готовиться к копчению после моего возвращения на усадьбу.

А сам, выбрав двух пострелят постарше, решил еще раз посмотреть на вырубку.

Неожиданно для себя я обнаружил, что на вырубке работают два десятка баб. Они дружно чистили её от кустов, свежей поросли деревьев и всякого мусора: старой листвы, коры и множества мелких веток.

Всё это складывалось в несколько больших куч. Там, где все работы были уже закончены, была красота и чистота. И сразу же оказались видны молодые сосенки, которых очень даже не мало.

Так что загубленный подлецом управляющим сосновый бор успешно начал восстанавливаться. Через несколько лет тут поднимется молодой лес, старые пни постепенно сгниют и даже не будет следа от надругательства над прекрасным устроенного здесь ради наживы.

К моему возвращению на усадьбу коптильня уже почти готова к работе. Все оставшиеся куски были аккуратно разложены рядом на столах.

— Надеюсь, что это последний раз когда мы вот так, — я обвел вокруг руками, — работаем. Цех почти готов. Пара дней осталась.

— Хорошо бы, барин, — прогудел Серафим.

Все вместе мы придирчиво осмотрели каждый кусок приготовленный для копчения. Конечно мелкие огрехи соления были, но как говорится не смертельные. Я прикинул, что после обрезки все куски будут иметь вполне товарный вид.

Моё первое поползновение было самому все-таки коптить намеченное для эксперимента. Но Серафим с женой так ловко и ладно работали, что я решил просто посмотреть со стороны как они справятся.