Адапты, казалось, родились с лыжами на ногах — скользили по снегу легко, как будто рюкзаки за спинами были заполнены не поклажей, а гелием. Вверх парни поднимались, не сбиваясь с дыхания и перешучиваясь на ходу, а вниз летели, словно удерживаемые невидимой силой — Эри ни разу не видела, чтобы кто-то из них упал.

У нее так не получалось. От одного только взгляда вниз начинали дрожать колени, все наставления адаптов: «Ноги шире!» «Наклонись вперед!» «Присядь!» вылетали из головы. Едва набрав скорость, Эри в панике зажмуривалась и валилась на бок — единственным искусством, которое за время переходов успела освоить в совершенстве, были падения.

— Всё! Хорош, — остановившись над растянувшейся посреди очередного пригорка Эри, объявил Серый. Решительно воткнул палки в снег, привычным рывком поднял девушку за плечи. — Пока не научишься съезжать, дальше не пойдешь.

— Как это, не пойду?

— А вот так. Место тут удобное, ночь впереди длинная — тренироваться будешь.

— Время потеряем, — плюхаясь в сугроб и вытаскивая портсигар, обронил Мрак.

— По фиг. Мы с ней дольше кувыркаемся. Пусть учится… Снимай рюкзак. — Серый, не спрашивая разрешения, принялся вытряхивать Эри из лямок подаренного Ларой рюкзака. Перебросил его Мраку. Скомандовал Эри: — А ну, встань, как показывали! Наклонись вперед! Задницу подбери! Все, пошла. — Он отвел ладонь в сторону, явно собираясь придать Эри ускорение.

Девушка всхлипнула, оттолкнулась и покатилась вниз.

Знакомая паника настигла быстро, Эри зажмурилась и упала.

— Вставай, — через минуту неумолимо прозвучало над ней, — и иди наверх.

— Зачем наверх? Нам же дальше нужно ехать?

— Затем, что до пока валяться не прекратишь, будешь скатываться. Чтобы за ум взялась.

— А если не буду?

— Если не будешь, оставайся и замерзай, — отрезал Серый. — А мы уходим. Надоело… Не шучу, — оборвал он робкую попытку Эри улыбнуться.

Эри прислушалась и поняла, что адапт действительно не шутит. Едва не вздрогнула, услышав, насколько Серый раздражен ее трусостью и неумелостью.

К такой реакции Эри не привыкла. Те, кто учил ее в прошлой жизни, были неизменно терпеливы и вежливы. Серый, не говоря уж о грубияне Мраке, не отличался ни тем, ни другим.

— Шагай вверх, — с нажимом повторил Серый.

Эри, поставив лыжи боком — это называлось «лесенка» — принялась карабкаться на вершину пригорка. Не замерзать же в сугробе.

— Чудная ты, — проворчал Серый, наблюдающий за ее мучениями. — Вниз лететь — самый кайф же! Ни фига делать не надо, лыжи сами едут — поди плохо?

Эри опустила голову.

— Надо было ей в Бункере оставаться, — бросил дымящий сигаретой Мрак. Он любил говорить об Эри вот так — как будто ее нет рядом.