Никто не собирался ворваться в комнату. Никто не требовал открыть дверь. Никто не причинял мне вреда.
Раньше я жила так, будто главной задачей было спрятаться и переждать очередной день. Теперь мне впервые хотелось не прятаться, а жить.
Я не знала, радоваться ли этому.
Перемены пугали почти так же сильно, как прежняя жизнь. Я слишком долго считала осторожность единственным способом защитить себя и теперь не понимала, не расслабилась ли чересчур.
Может быть, нельзя было так быстро привыкать к безопасности.
Может быть, за доверием обязательно должно последовать разочарование.
Я сидела на кровати, пытаясь разобраться в собственных чувствах, когда из коридора донёсся звук открывшейся двери.
Марина Евгеньевна всегда приходила ровно в восемь утра.
Я поспешно поднялась и вышла ей навстречу.
— Доброе утро, Лана, — бодро произнесла она.
— Доброе утро.
— Сегодня у нас замечательный день. Нам должны привезти продукты, и среди них есть несколько прекрасных стейков форели.
По её лицу было видно, что она уже придумала, что именно будет готовить.
— Форель? — переспросила я.
— Я решила сделать запечённая рыбу с овощами. Если хочешь, приготовим вместе.
— Конечно.
Я согласилась сразу.
Мне нравилось готовить с Мариной Евгеньевной. Рядом с ней я не боялась ошибиться. Она объясняла спокойно, не торопила и никогда не делала вид, будто я должна всё уметь с первого раза.
Пока мы ждали доставку, мы успели навести порядок в доме.
Я уже не просто стояла рядом с Мариной Евгеньевной, а действительно помогала. Протирала поверхности, складывала вещи, разбирала посуду, проходила пылесосом по коридору.
Александр был против того, чтобы я занималась уборкой, но теперь это перестало быть для меня способом выразить благодарность.
Уборка и готовка стали обычными занятиями.
Они не требовали от меня особых умений, зато позволяли чувствовать, что я могу хоть чем-то управлять. Взять в руки тряпку, расставить вещи по местам, нарезать овощи — всё это было простым и понятным.
А ещё уборка прекрасно занимала руки.
Когда пальцы были заняты делом, мысли становились тише.
Во второй половине дня Марина Евгеньевна начала учить меня готовить рыбу. Она показала, как правильно промокнуть филе, натереть его специями и выложить на противень. Потом мы добавили овощи, немного масла, лимон и травы.
Пока мы занимались ужином, Марина Евгеньевна рассказывала о своём старшем сыне.
Он, оказывается, безумно любил рыбалку и мог провести у реки целый день, даже если клёв был плохим, а погода испортилась.
Я слушала её и иногда улыбалась, представляя взрослого мужчину, который с важным видом сидит на берегу и ждёт рыбу.