– Wer ist da? [24]

Харри замер. Они с Сивертсеном переглянулись. Оба не открывали рта. Гнусавил телефон на полу:

– Sven? Bist du es, Sven? [25]

Харри схватил трубку и поднес ее к уху.

– Sven is here, – медленно сказал он. – Who are you? [26]

– Eva, – сердито ответил женский голос. – Bitte, was ist passiert? [27]

– Беата Лённ.

– Это Харри. Я…

– Перезвони на мобильник, – сказала она и положила трубку.

Через десять секунд он уже снова был на проводе, как он продолжал это называть. Хотя проводов никаких не было.

– Что случилось?

– За нами следят.

– Каким образом?

– У нас стоит специальная программа, которая предупреждает, когда телефон и электронную почту начинает контролировать третья сторона. Мы используем ее как защиту от хакеров, но сейчас Бьёрн говорит, что это дело рук самого сетевого оператора.

– Прослушка?

– Вряд ли, но все входящие и исходящие звонки и письма фиксируются.

– Это Волер со своими ребятами.

– Я тоже так думаю. Теперь они знают, что ты мне звонил. Значит, я тебе больше не помощник, Харри.

– Сожительница Сивертсена сейчас отправит тебе фото с пражской встречи Сивертсена и Волера. Волер сфотографирован со спины, поэтому на вещдок это не тянет. Мне нужно, чтобы ты посмотрела и сказала, похоже ли это на правду. Фотография отсканирована, ее пришлют по почте. Скажи адрес.

– Ты что, Харри, не слышишь меня? Они фиксируют всех отправителей и позвонивших. Что, по-твоему, будет, если на почту придет письмо из Праги? Я не могу, Харри. Мне еще нужно придумать внятный ответ на вопрос, почему ты мне звонил, а я соображаю медленней, чем ты. Господи, ну что я им скажу?

– Успокойся, Беата. Тебе не придется ничего говорить. Я тебе не звонил.

– Да что ты говоришь? Ты позвонил уже целых три раза.

– Они-то об этом не знают. Я звоню с телефона, который одолжил у приятеля.

– Так ты это предусмотрел?

– Мобильный телефон отправляет сигналы базовым станциям, и по ним можно определить, где находится абонент. Если Волер заставил сотрудников «Теленора» искать меня по этим сигналам, им придется попотеть, поскольку мой телефон сейчас находится в более-менее постоянном движении по всей территории Осло.

– Это меня интересует меньше всего. Харри, не присылай сюда ничего, хорошо?

– Хорошо.

– Извини, Харри.

– Ты уже дала мне правую руку, Беата, и не нужно извиняться за то, что решила оставить левую себе.

Он постучал в дверь. Отрывисто. Пять раз. Прямо под табличкой «303». Надеясь, что стук услышат, несмотря на оглушающую музыку. Подождал. Уже собрался постучать еще раз, но музыка за дверью стала тише. Послышались шаги босых ног. Дверь открылась.