– Ты понимаешь, что никакого трупа здесь быть не может?

– Это почему?

– Вчера мы приходили сюда с собакой. Труп, который несколько недель пролежал в такой жаре… В переводе с собачьих ощущений на наши – это все равно что искать тут воющую заводскую сирену. Даже плохая собака учуяла бы труп, а собака тут вчера была отличная.

– А если труп завернут во что-то и по запаху его найти невозможно?

– Молекулы запаха очень подвижны, им достаточно микроскопической дырочки. Не может быть, чтобы…

– Вулканизация, – догадался Харри.

– Что?

Харри остановился у одного из контейнеров. Двое бойцов тут же оказались рядом с ломиками в руках.

– Проверим сначала вот это, парни. – Он протянул им связку ключей на черепе.

Самый маленький как раз подошел к висячему замку.

– Зайду один, – сказал Харри. – Эксперты не любят лишних следов.

Он взял у кого-то фонарик и оказался в контейнере. Бо́льшую часть места тут занимал белый платяной шкаф с двойными дверцами. Харри взялся за одну из ручек и, собравшись с духом, рванул на себя. В нос ударил запах прелой одежды, пыли и дерева. Харри зажег фонарик. На штанге висели многочисленные синие костюмы, видно доставшиеся Мариусу Веланну от трех поколений предков. Харри посветил внутрь и провел рукой по ткани. Грубая шерсть. Один из костюмов был обернут в тонкий пластик. На дальней вешалке был серый чехол для одежды.

Закрыв шкаф, Харри повернулся к задней стене контейнера, где на раме для сушки висели шторы, судя по виду ручной работы. Он отдернул их и увидел перед собой немой оскал маленьких хищных зубов. Остатки меха были серого цвета, а коричневые глазки-пуговки покрылись заметным слоем пыли.

– Куница, – определил Фалькейд.

– Хм…

Харри посмотрел вокруг. Искать больше негде. Неужели он и вправду ошибся?

И тут его взгляд привлек ковер, по виду напоминающий персидский. Он был скатан и поставлен на попа. Харри подвинул разломанное плетеное кресло, встал на него и посветил внутрь ковра. Полицейские внизу ждали в нетерпении.

– Хм… – Харри слез с кресла и выключил фонарик.

– Ну что? – спросил Фалькейд.

Харри покачал головой. Внезапно его одолела дикая злоба, он пнул платяной шкаф, и тот некоторое время качался из стороны в сторону, словно исполняя танец живота. Харри нестерпимо захотелось выпить. Один глоток – избавление от боли. Он уже намеревался выйти из контейнера, как вдруг услышал за спиною скрип – будто что-то скользит по стене. Непроизвольно обернувшись, он увидел, как дверца шкафа распахнулась, и, сбивая с ног, на него рухнул чехол для одежды.

Какое-то мгновение Харри не понимал, где он и что с ним случилось. Потом, открыв глаза, сообразил, что лежит на спине. В затылке чувствовалась тупая боль. От его падения с сухого пола взметнулось облачко пыли, и Харри жадно ловил ртом воздух. Тяжелый чехол давил на него, ему казалось, будто он тонет, будто его запихнули в огромный пластиковый пакет с водой. В панике он ударил по гладкому чехлу рукой, и кулак ощутил что-то мягкое и податливое.