Когда Эйстейн поднимался по лестнице, Харри уже напялил джинсы и ждал его в дверях.

Они сели в гостиной. Свет включать не стали.

– Пиво будет? – Эйстейн снял бейсболку с надписью «Playstation» и зачесал назад редкие потные космы.

Харри покачал головой.

– Тогда вот, – сказал Эйстейн и поставил на стол черную тубу, похожую на футлярчик из-под фотопленки. – Держи. Флунипам. Вырубает с гарантией. Одной таблетки за глаза хватает.

Харри внимательно посмотрел на цилиндрик, потом сказал:

– Я позвал тебя не за этим, Эйстейн.

– Н-да?

– Н-да. Мне хочется узнать про взлом кодов. Как это делается?

– Ты про хакеров? – Эйстейн был немало удивлен. – Собираешься взломать пароль?

– Вроде того. Читал в газете про маньяка? Мне кажется, он оставляет нам закодированные послания. – Харри включил лампу. – Гляди.

Эйстейн посмотрел на лист бумаги, который Харри положил на стол, и удивился:

– Звезда?

– Пентаграмма. Этот символ он оставил дважды. В первый раз вырезал на балке у кровати жертвы, а во второй – нарисовал на пыльном экране телевизора в магазине напротив другого места преступления.

Эйстейн посмотрел на звезду и кивнул:

– И ты думаешь, я помогу тебе разобраться, что это значит?

– Нет. – Харри подпер подбородок руками. – Но надеюсь, ты расскажешь мне про принципы расшифровки кодов.

– Харри, я же взламывал математические коды, а у человеческих – иной смысл, другая семантика. Я, например, до сих пор ни разу правильно не вычислил, что имеют в виду женщины, когда говорят «нет».

– Представь себе, что в нашем случае задействованы и человеческая логика, и некий подтекст.

– Тогда это уже криптография, тайнопись. Для этого, помимо логического мышления, нужно умение задействовать подсознание и интуицию – все то, что ты знаешь, но не знаешь, что знаешь. Придется использовать линейное мышление и распознавание образов. Слыхал об Алане Тьюринге?

– Нет.

– Этот англичанин в войну расшифровывал немецкие коды. Проще говоря, выиграл Вторую мировую. Он говорил, что для расшифровки нужно сначала понять, в каком измерении действует противник.

– Это как?

– Скажем так, этот уровень выше букв и цифр. Надъязыковой. И ответы надо искать не на вопрос «как», а на вопрос «зачем». Понятно?

– Нет.

– Никто не понимает. Это, скорее, особый дар – вроде ясновидения.

– Предположим, мы знаем зачем. Что дальше?

– Дальше придется потратить уйму времени. Комбинируй варианты, пока не вымрешь.

– Нельзя мне вымирать. И уймы времени у меня нет. Побыстрее можно?

– Тогда есть только один известный мне способ. Транс.

– Ну разумеется, транс. Вот теперь все понятно.