— Да, — кивнула девушка, — это всё объясняет. Но мне, если честно, жаль, что это всё же была не любовь. Тем более, что ваша подруга, Маша, она вас любит. Это совершенно точно, ведь во мне ещё есть небольшая частичка вашей души. Но как вы сумели обходиться без части себя?
— Легко. Душа, дорогая Катарина, очень интересная штука. И если делишься ею с достойными людьми, она от этого лишь становится больше. Но взамен появляется такая вот связь. Пусть временная, но всё же.
— Спасибо вам, Иван, — улыбнулась барышня. — И за то, что вы меня спасли, и за то, что поделились душой, и за сегодняшнее объяснение. Вы знаете, мне сейчас стало удивительно легко, будто бы с плеч упал тяжелый-претяжелый груз. Я думаю, что найду способ отблагодарить вас за всё.
— Что вы… — начал Терентьев, но тут музыка окончилась, и настало время вести девушку под строгий присмотр отца.
Первая часть бала, или первое отделение — Терентьев не знал, как правильно назвать, — закончилось, когда он почти уже добрался до Маши. Егерь чуть замешкался, возвращая очередную типовую барышню её матушке, а когда освободился, она в компании Катарины Зеехофер уже удалялась в сторону туалетных комнат.
Откуда ни возьмись, рядом с девушками нарисовался тот самый незнакомец из «Наяды». Что-то пошептал на ухо Катарине. Парочка круто развернулась фронтом к незнакомцу и сказала ему что-то такое, отчего он поспешил сбежать. Барышни победно вздёрнули прелестные головки и продолжили свой маршрут. Мерзкий тип, умудрившийся всё это время оставаться к Терентьеву спиной, раздраженно мотнул головой и скрылся из виду. А егерь отправился к фуршетным столам.
Телефон зазвонил. Средних лет мужчина, так старательно прятавшийся от взгляда Терентьева, взглянул на экран и торопливо нажал кнопку соединения.
— Слушаю!
— Ты устранил пасечника? — спросил жесткий требовательный голос.
Признаваться мужчине до смерти не хотелось, но солгать было немыслимо.
— Нет, господин, он слишком увертлив. Словно заранее чувствует опасность. Постоянно перемещается. Однажды я смог зайти к нему со спины, но он, видимо, что-то уловил и сделал шаг в сторону, уходя от удара. К счастью, я сумел четверым дурочкам всучить яд под видом приворотного зелья. Сейчас как раз перерыв, они уже пошли устраивать свою жизнь.
Господин усмехнулся. Слуга тоже позволил себе подобострастный смешок.
— Делай что хочешь, — велел, наконец, хозяин, — но у тебя есть полчаса. Ты должен любой ценой убрать пасечника. Слышишь? Любой ценой! Он может всё испортить.
И, секунду помолчав, добавил вполголоса: