— Именем князя, откройте! — потребовал дознаватель.
— Ишь ты, именем князя, — ничуть не впечатлился хриплый. — Ща, отворю.
Тут же пришло ощущение опасности. Колюкин отскочил в сторону от ворот, доставая своё секретное оружие — арбалет со стрелкой из бирюзовой стали. Разлетелись в стороны доски крепкого забора, сшибив двоих стражей, и на улице появился изменённый кабан. Сразу вспомнился Терентьев с его ломиком. Вот сейчас дознаватель был бы очень рад его здесь увидеть. Но чего нет, того нет.
Захлопали арбалеты, в кабана с обеих сторон полетели напитанные магией болты. Ноги у Твари подогнулись, и она рухнула, перегородив проулок. А дознаватель вышиб магическим ударом ворота и отправился разбираться с животноводами — любителями.
Телефонный звонок раздался в среду, через два дня после забега по кофейням. Аккурат на большой перемене, когда толпа студентов двигала к столовой. Видать, человек подготовился, позаботился об удобстве для Терентьева, и одно это уже настраивало на позитив.
— Добрый день, Иван Силантьевич, — раздался в трубке приятный голос. Вежливый, но при этом твёрдый. — Позвольте представиться: Симеон Бобров, владелец ресторации «Бобровая хатка». У меня к вам имеется деловое предложение: в ближайшее воскресение отобедайте либо отужинайте в моём заведении, а потом самым честным образом распишите свои впечатления на инфорах. Разумеется, угощение будет за мой счёт.
— Предложение интересное, не скрою, — ответил Терентьев. — Но прежде хотелось бы поинтересоваться: в чём причина вашего выбора? Наверняка к вам ходят люди повесомей и поопытней меня в части гастрономических удовольствий. Наверняка они обильно пишут в тех же инфорах, ругая или расхваливая заведения в целом и отдельные блюда в частности.
— Вы правы, Иван Силантьевич, — не сдавался Бобров. — но только имеется два бесспорных факта: вы обругали кабак Растрёпина, и в течение недели он полностью разорился. А третьего дня отозвались в восторженных выражениях о кофейне Фаббри, и теперь пройдоха-итальянец, который ещё утром воскресенья был на грани краха, гребёт деньги лопатой. Между прочим, столик, за которым вы сидели со своей девушкой, теперь пожизненно ваш. На нём даже стоит соответствующая табличка.
— Я лишь честно передал свои впечатления, нисколько не покривив душой.
— Вот именно, дорогой Иван Силантьевич, — вскричал Бобров. — Вот именно! Я только об этом и прошу.
Иван пожал плечами, хотя собеседник и не мог этого видеть.
— Я не против разорить вас на два ужина. Вы ведь наверняка догадываетесь, что я приду с дамой.