За две недели тревогу объявляли шесть раз, и два из них как раз по причине появления неизвестного корабля на орбите. Вот только упыри и не думали обращать на нас внимания и, сев на соседнем континенте, пополняли запасы воды и воздуха. А потом улетали, даже не подумав атаковать нас или, наоборот, проявлять дружелюбие.

В первый раз мы, честно признаться, изрядно нервничали, а во второй даже подняли корабль в воздух, и пилот, пролетев над чужими, сделал снимки, по которым мы и разобрались, что происходит.

— Не расслабляемся! — донесся из динамика голос коменданта. — Все может быть, так что будьте готовы к любым неожиданностям. Разведка уже вылетела…

— Угу, разведка вылетела… — проворчал я в ответ, неприязненно глянув на систему связи. — А я, блин, тут торчу!

От нечего делать я все-таки пристегнулся в кресле и принялся тренироваться в наведении пушки, нажатием на педали вращая башню. За все время мне удалось поучаствовать только в тренировочных стрельбах, поскольку корабли на нас пока не нападали, а против насекомых использовать пушки — не просто глупость, а самый настоящий абсурд.

Да, именно с насекомыми были связаны четыре оставшиеся тревоги, когда стаи непонятных уродцев, словно саранча, мигрировали с одного конца плато на другой, пожирая на своем пути всю растительность. Самой станции они были не опасны, но часть из них решили задержаться рядом с необычным объектом, и пришлось пулеметчикам поработать, отгоняя местную живность. Иначе мы просто оказались бы заперты в корабле. Тоже так себе перспектива…

— Третья башня, — снова заговорил динамик. — Видишь что-то?

— Нет, — ответил я, продолжая сопровождать одинокую стрекозу стволом пушки.

— А чего мельтешишь тогда?

— Тренируюсь, — признался я, и собеседник явно фыркнул, прежде чем прекратить вызов.

— Вот, берите пример. Вместо того чтобы штаны просиживать, могли бы тоже потренироваться! — тут же отреагировал комендант, и я понял, что теперь мной будут снова недовольны, на этот раз стрелки башен. Впрочем, задерживаться на базе я не планировал, а потому не стал обращать внимания на промелькнувшую мысль. Пусть их…

Пока тренировался, снова скатился в мысли о проблемах и, вздохнув, поморщился, вспоминая разговор с Иванычем.

Старый техник наотрез отказался оставаться на планете, несмотря на то что ему здесь явно понравилось. И уезжал он с неохотой.

— Это вам, молодым, пока можно делать все, что хотите, а мы руководствуемся словом «надо»… — проворчал он тогда, а я не стал его переубеждать в своем возрасте. У каждого своя дорога, и если я в старости остался вдруг один, то Иванычу в этом плане повезло больше, но именно сейчас он старался для детей, которых нужно было обеспечить жильем. А до конца контракта мужчине оставалось не так уж и много.