На полную проверку ушел почти час, да и то больше времени отняло объяснение, где что находится и в какой монитор смотреть, чтобы увидеть, сколько и чего в резервуарах.

И вот, наконец, все проверки были завершены, экипаж занял свои места, а я сидел за пультом пилота и, положив руки на штурвал, все не решался запустить репульсоры.

— Ты чего застыл? — насмешливо поинтересовалась Ольга, занявшая кресло стрелка справа от меня. — Все-таки страшно?

— Капитан не умеет бояться! — мгновенно отреагировал Хар, оскалив клыки.

— Люди не умеют контролировать страх, у них нет для этого нужных отделов мозга, — впервые за день подал голос Грин, от чего я непроизвольно вздрогнул, уж больно непривычно звучал голос зеленого человечка, словно вибрация, проникающая прямо в мозг, минуя уши.

— А у вас есть нужные отделы мозга? — тут же развернулась Ольга, требовательно уставившись на Грина. — А какие еще есть? А…

Обреченно покачав головой, я переглянулся с пожавшим плечами Леней и, плюнув на все, вжал кнопку запуска.

На самом деле причина, конечно же, была не в страхе, хотя ощущения такие, словно я в первый раз самостоятельно за руль сел. Но дело даже не в этом. Вся проблема заключалась в том, что мне категорически не хотелось лететь на камень, к высокому начальству. А лететь было нужно, поскольку Гена привез недвусмысленный приказ: освоить корабль, набрать экипаж, и в путь — за заданиями.

Конечно, Крокодил, улетевший еще вчера, должен был уже морально подготовить начальство к тому, что в составе партизан теперь есть чужие, но я прямо пятой точкой чувствовал, довольны они этим фактом не будут…

Корабль оторвался от земли мягко, только дрогнул один раз, когда заработали репульсоры, и плавно пошел вверх. Настолько плавно, что если бы не высотомер и камера с нижней полусферы, мы бы даже ничего не заметили.

Впрочем, после набора высоты все пошло привычно: и дрожь корабля, стартующего в атмосфере, и перегрузки, вдавившие тела в кресла… И вот он, наконец, космос, успевший уже стать родным!

— Я вернулся! — тихо шепнул себе под нос и, невольно улыбнувшись, толкнул рычаг подачи топлива, поудобнее расположив руки на штурвале.

Отлетев подальше от планеты, я попробовал покружиться в пустоте, выполняя привычные пируэты, и грустно покачал головой, вдруг осознав, что они больше не нужны. Банально не те размеры у корабля, чтобы кружиться, уходя от выстрелов. Зато щитов аж четыре штуки и куча стволов, чтобы посоревноваться с самыми кусачими соперниками. Даже удивительно, как мы смогли сбить аж три таких махины в свое время…