— Слышал, — кивнул боец, но высказаться не успел, нашлась клетка, из которой выдернули прут.

У самого конца космической тюрьмы от удара о землю повело металл потолка, и сразу в нескольких камерах вспучилась переборка, да так, что прутья, закрепленные теперь только снизу, торчали, слегка наклонившись вперед. А в самой последней камере, где лежало несколько мертвых упырей, и вовсе вся решетка выпала вовнутрь, повредив тела.

— Зеленые! — Ольга аж подскочила на месте, увидев тела пленников в соседней с упырями камере, и если бы не Леонов, полезла бы через сломанную решетку посмотреть поближе. — Их нужно будет изучить! Первый раз людям попадаются грины, жаль только, что мертвые…

— Чувствую, что уже сегодня вся научная лаборатория переедет сюда… — вздохнул я, оглядываясь, кого бы оставить с учеными, пока мы будем осматривать остальную часть корабля, поскольку увести Ольгу из помещения, где собрали тела почти всех разумных существ галактики, мне было явно не под силу…

— И мы вместе с ними… — согласился со мной ближайший боец, прекрасно слышавший мои слова, и тут же был выбран добровольцем.

— Остаешься с ними, остальные за мной, — скомандовал я. — И так столько времени потеряли.

Следующая дверь оказалась варварским образом взломана, что в свете фонарей было не сразу заметно, но стоило подойти поближе, мы увидели разбитый сенсор сбоку и торчащие провода, скомканные в пучок.

— Внимательнее!

В щель между створками я прошел свободно, и это настораживало. Явно не феи пробивали себе дорогу в обесточенном корабле…

И уже с порога луч фонаря выхватил из темноты тело феи с проломленным шлемом. Причем удар был нанесен чем-то тонким, ломом, например. Или прутом…

Не знаю, что повлияло, может быть, то, что жилой отсек чужих находился в середине корабля, или у них именно здесь стояло что-то противоперегрузочное, но разбившихся фей стало попадаться намного меньше, зато убитых ударом чего-то тяжелого или пробитых иглами было много. У меня вообще сложилось впечатление, что по помещению прошел штурмовой взвод, убивая все на своем пути…

Наверное, то, что мы, пройдя большую часть корабля, не встретили живых, расслабило меня, а может, просто усталость сказалась, все же день был долгим и насыщенным, но за очередную переборку я шагнул в полный рост, глядя в сторону очередного трупа, и когда в воздухе засвистели иглы, не сразу среагировал…

Зато успел среагировать шедший за мной боец и, дернув за ремни снаряжения, выдернул своего командира за угол почти вовремя.

— Ох ты ж… — только и успел выдохнуть я, отлетая назад, когда игла чиркнула по стеклу шлема, царапая прозрачную поверхность. — Спасибо!