Глава 8. Пустяк
Страница 52 из 55
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 8. Пустяк

Страница 52

Хватка на сапоге слабеет. Серая масса оседает на клине, течёт по наклонной плите и расходится по обоим руслам. Я отступаю, вытаскиваю левую ногу из лужи и едва не сажусь мимо камня.

Ядро легло у моих ног.

Я остался сидеть на камне. Попробовал вдохнуть глубже — в боку резануло.

***

Ядро было живое.

Оно лежало в луже, тёмное, с два кулака, и внутри него всё медленнее ходило тепло, как в углях остывающей печи. Целое. Я и не заметил, что всё это время старался выломать его целым.

Целое ядро переростка — это ведомость с доплатой: даже если Греков откусит половину, останется на месяц угла и еды. Только из белых пустяков таких не приносят, и каждый, кто читал мой наряд, спросит одно: почему кандидат жив.

А ещё оно умирало. Смерть — непорядок. Я даже не сразу понял, чьими словами подумал. Я стянул перчатку и положил ладонь туда, где ещё ходило тепло.

— Спи.

Под ладонью дрогнуло. Ядро скрутилось внутрь себя, как вода в воронку, и ушло. Следом по обоим рукавам русла потянулась серая мёртвая вода, свилась жгутом и утекла туда же, до последней нити. На дне остались мокрый камень, примятая трава и я.

На груди слева потеплело, будто в печку подбросили. Метка приняла постояльца и чека не выдала.

Перец спустился с гряды, обнюхал камень, где лежало ядро, потом мою ладонь и сел напротив.

— Дома объясню, — сказал я. — Если сам к тому времени пойму.

— Мя.

— Да знаю я, сколько оно стоило. — Я поднялся. — Чуйка сказала: надо.

***

Мы вернулись по руслу к оплывшему серому валуну.

Кристалл торчал из грунта там, где лежала тварь, — мутный сгусток с кулак, тёплый на вид, как замёрзшее молоко. Самая дорогая вещь этого Разлома охранялась лучше некуда, а разбивалась обыкновенным булыжником, который я подобрал тут же, в русле.

Три удара. Кристалл лопнул со звуком замёрзшей лужи и осыпался мутным крошевом.

И воздух качнулся.

По Разлому прошла волна — от места, где я стоял, во все стороны и одновременно со всех сторон в меня, как будто это место разом выдохнуло всё, что копило три недели. Сквозь грудь протекло тепло — широкое, ровное, ничьё. Дыхание Разлома дрогнуло и пошло медленнее: так у больших часов кончается завод. Сутки. Дальше это место закроется со мной или без меня.

Я поднял руку и посмотрел на казённый перстень. Камень был прозрачен, как и утром, как и в день выдачи, — пустой стакан на пустом столе.

Я попробовал собрать силу в ладони. Под грудиной потеплело, к пальцам прошло знакомое покалывание. Я свёл большой и указательный, пробуя выжать искру. Покалывание оборвалось. Развёл пальцы, выдохнул и попробовал снова. Тепло едва дошло до запястья.

назадназад
1 ... 50 51 52 53 54 55
впередвперед