Пока могучие сопровождающие пытались обуздать дурноту и оценить ущерб от перемещения, третий успел обойти всю студию и вернуться обратно, к точке перехода. Легко присел на колено и поворошил обломки зеркала рукой в тонкой перчатке. Один кусок рамы особенно заинтересовал наблюдателя.

Не обращая внимания на спутников, человек повертел — уже обеими руками — деревяшку и сделал нечто. Неясное, загадочное действие, которое никак не проявило себя само, однако тяжким эхом отозвалось в мире. Задребезжало остекление студии, сам собой звякнул металл, мольберт шатнуло так, что конструкция едва не упала. Один из больших людей пошатнулся и схватился за лицо. Из носа у него потекла тонкая струйка крови. Второй молча прикрыл рукой глаз, в котором полопались мелкие сосудики.

Отзываясь на действие, в глубине деревянного обломка проступили черты и линии — короткие, изогнутые. Повинуясь неразборчивому шепоту, они как будто всплывали к поверхности, складываясь в характерный узор. Отпечатки пальцев, словно подсвеченные ультрафиолетом. В том месте, где Лена коснулась волшебного зеркала, пока ее не остановил крик Бизо.

— А вот и ты, — негромко, но со странным, неуместным здесь весельем заметил колдун — и это определенно был колдун. Голос оказался мягким, «бархатистым». — Наконец-то.

— Мы не сможем выследить ее здесь, — прогудел низким басом один из сопровождающих, вытирая нос платком. — Очень сильное присутствие потустороннего вокруг.

— Зато мы знаем, что она здесь была, — лицо волшебника скрывалось под капюшоном, однако довольный голос подсказывал — человек искренне, довольно улыбается. — И совсем недавно.

— Но как ее найти? — спросил второй. — Если мы не можем пройти по следу?

— Как всегда, — волшебник по-прежнему улыбался. — Мы будем искать тех, кто знает больше нас, и спрашивать их, одного за другим. Сначала двинемся по краю топей. Затем перейдем к местным городкам.

Человек поднялся, отряхнул руки от пыли, похлопал перчатками. И приказал:

— Но для начала соберите все осколки, не пропустите ни единого. Дилетанты разбили ценную вещь, но в таких артефактах часть всегда хранит память целого. И сейчас я узнаю, с кем же они беседовали напоследок…

— Припозднился, — констатировал Сантели, когда Раньян спрыгнул с лошади.

Утро наступило, а вместе с ним прибыли и обещанные рутьеры. Немного позже ожидаемого, однако, раньше крайнего срока. Бригадир осклабился, видя, что Матриса дотошно соблюдает уговор и совместно рассчитанный график действий.

— Это к твоей компаньонше, — пожал плечами Раньян. — Как она мне место назвала, так мы и поскакали.