Первые полстолетия эта земля разрухи и смерти оставалась безлюдной. Здесь появлялись только безумцы, совсем уж отъявленные головорезы и «люди волшебства». Ведьмы, колдуны, рисковые гильдейские маги — все они использовали более высокий магический фон для тренировок и опасных практик.
И они же первыми узнали, что Катаклизм не только обезобразил эту землю, но и неожиданным образом одарил ее…
[1] Надо понимать, что на самом деле это все называется совершенно по-иному и во многом отличается от земной практики. Но Елена подбирает для себя наиболее близкие и понятные аналоги.
Когда ты в один день чистишь хорошо запущенный первичный шов, а на следующий проводишь импровизированную ампутацию, от дня третьего поневоле ждешь нехорошего. Однако получилось скорее… интересное. Можно даже сказать — волнительное.
Рано поутру Матриса поставила к прилавку Аптеки верного Сафира и вручила Шене кошель с менными плашками вместо денег. А Сантели приказал снарядить Хель в дорогу, без излишеств и оружейного набора, но достойно. Из расчета примерно двухнедельного странствия. Докупать расходные материалы для лекарского сундучка не нужно, брать следует лишь… Для себя Лена перевела этот оборот как «Travel Kit».
И женщины отправились на рынок. Пожалуй, впервые за все время жизни во Вратах Елена оказалась в ситуации, когда никуда не надо спешить. Нет списка, который следует держать в уме, не упустив ни единого пункта, нет тяжелой корзины на плече. Зато в избытке ожидания чего-то нового, интересного.
Строго говоря, Лена отлично понимала, что ввязалась в откровенную авантюру. Поход на Пустоши сам по себе был головоломным предприятием, с которого люди регулярно не возвращались. А рейд на болота… опаснее считались разве что заходы в прибрежные пещеры, где люди стремительно обогащались, либо пропадали без вести, без промежуточных состояний и с очень красноречивой пропорцией.
Однако грядущее приключение сулило разительные перемены в жизни, рост ее общественного «статуса» и главное — деньги.
После того как стилос Шарлея накануне показал Лене огромный мир за пределами Пустошей, она твердо решила вырваться отсюда. Понятно, что не сейчас, даже не в ближайшем будущем. Но выбраться непременно, туда, где есть нормальные большие города, много людей, и жизнь не крутится вокруг телег с трупами и Профитом.
Туда, где, в конце концов, покойников хоронят или хотя бы сжигают, а не скармливают пойманным в клетки Серым Теням, на ферме, где добывают паутинный шелк.
Угнаться за Шеной было непросто, особенно в деревянных колодках Елены. Валькирия сновала меж торговых рядов сложными зигзагами, ориентируясь в «снаряге» с легкостью опытного путешественника. Эта легкость даже породила у Лены определенное раздражение. Девушка внезапно задумалась над тем, что вполне могла бы сама изучить разные нюансы походной жизни и «дорожных китов». «Как то все не складывалось», да, но это, как ни крути, слабое оправдание.