Воспитанные в европейских военных традициях, европейцы мыслят категориями «у короля много», што для здешних реалий решительно недопустимо. Ну и разумеется — шагистика и прочие важные составляющие европейской военной науки. Для добровольческих армий, опирающихся на сознательность и родственно-соседские связи, это попросту лишняя трата времени, чувство локтя у них отменное.
По количеству европейских офицеров в войсках можно уверенно судить о степени заинтересованности конкретных стран. Решительно доминируют немцы, французы и неожиданно — янки. Европейской мелочи много, но за исключением бельгийцев, все они приехали сугубо на добровольных началах, не пользуясь неофициальной поддержкой правительства своих стран.
Офицеров из Российской Империи сравнительно немного, такой вот необычный вышел кунштюк. Подданных и бывших подданных великое множество, а офицеров — зась! Не сложилось по ряду причин.
А поскольку русские, жиды и поляки, обретающиеся в бурских армиях в превеликом множестве, решительно не идут под командование российских офицеров, то и буры относятся к ним безо особого пиетета. Определённые исключения, вроде того же Максимова и приснопамятного Ганецкого, имеются, но их немного.
— Ну-ка… есть! — зафиксировав стереотрубу[i], Мишка сделал несколько пометок в документах, время от времени вновь приникая к окулярам, — Глянь!
— Угу! — отзываюсь, прильнув к окулярам.
— Здание с часами видишь?
— Сейчас… а, понял!
— Нужны как можно более подробные снимки, што там сзади. Сможешь?
— Хм… — разглядываю здание в стереотрубу, пытаясь прикинуть возможности бриттов на этом участке, — да! Слева подлечу, там никакой возможности нет поставить пушки на возвышение.
— Когда же твои курсанты летать начнут? — прерывисто вздохнул брат. Ну што на такое скажешь⁈ Летать-то они могут, но пока невысоко и с опаской, пускать их над городом смысла никакого — либо собьют к чертям без всякого толка, либо их полёт будет носить эффект чисто психологический. Дескать, вон… полетел!
Рад бы… вот честное слово, славой бы поделился охотно. Вылетов у нас с Санькой на каждого по пять-семь в день, а это, скажу я вам, такое себе ого, што никому не желаю! А ещё и стратегию с тактикой в головах держать приходится, век бы о них не слышать!
Детальной картины не знаем, и слава Богу, но задачки нам ставятся не абы как, а с объяснением — што именно они хотят через нас высмотреть, а дальше мы уже сами решаем — сможем ли, да если сможем, то как. То бишь вводные изначально должны быть достаточно полными.
Даже и аэродром наш ныне у самого штаба, рядышком с дирижаблем и воздушными шарами. Штоб, значица, без задержек информация.