Полковник Макаров сложил свою голову на полях Германии в 1813-ом году. У Евгении Михайловны через несколько лет случился новый роман, теперь уже с англичанином и она в третий раз вышла замуж за контр-адмирала Джона Джервиса, полного тезку и дальнего родственника знаменитого адмирала флота Джона Джервиса, 1-ого графа Сент-Винсента.

Но дети не пожелали уезжать в Англию и остались жить с бабушкой. Да миссис теперь уже Юджиния и не настаивала. Но надо отдать ей должное, детей не забывала.

Благодаря её хлопотам, окончивший Морской кадетский корпус и произведенный осенью в мичманы, девятнадцатилетний Николай получил полугодовую практику в английском флот и должен будет присоединиться к русским кораблям, следующим в Средиземное море.

Кем был француз, шаловливость ручонок которого он не стерпел, Николай не знал, но резонно опасался последствий случившегося. Я не стал раньше времени успокаивать, пусть помучается полезно будет и предложил емусамый простой вариант решения проблемы: промолчать.

Француза я естественно не убил, но опытным взглядом успел оценить последствия своего удара и был уверен, что тот будет держать язык за зубами. И конечно надеялся, что его брат секретарь посольства последует моему соету и в Лондон не поедет. Драться на дуэли сразу с двумя французами, один из которых дипломат, мне не хотелось.

В исходе дуэлей я не сомневался, здесь никаких неприятностей у меня иза этого небудет, даже наооборот лондонский свет будет мне рукоплескать.

Но я представил реакцию Николая Павловича на такое известие из Лондона. Нет лучше не надо.

Пока мы приводили в порядок молодого офицера, до гостиницы добрался пострадавший дилижанс. Его пассажиры сообщили, что французы проявили благоразумее и не стали испытывать судьбу, а отправились обратно в ближайщий порт чтобы срочно вернуться во Францию. Таким исходом дела я был очень доволен.

Юной особе было шестнадцать и она на несколько месяцев ехала в Англию к матери. Николай со смехом сказал, что ей нашли английского жениха и она едет на смотрины. За это сообщение он чуть не получил кулачком юной особы в нос.

Когда мы приехали в Лондон, я понял, что пропал, то есть влюбился в юную Софью Андреевну можно сказать с первого взгляда и все мои мысли были заняты только этой особой.

Слова её брата об английском женихе я воспринял совершенно серьёзно и решил действовать сразу же.

Матушку Софьи Андреевны и её английского мужа я знал. Меня с ними познакомила тетушка Екатерина Андреевна. Бывшая Евгения Михайловна связей Россией терять не собиралась, баронессе она в свое время понравилась и охотно её принимала. Тем более, что адмирала тетушка хорошо знала и всегда принимала. В Трафальгарском сражении её старший сын погиб на его глазах.