Сигнальную ракету Иван Васильевич выпустил как только мы начали атаку на турецкую охрану и когда наших офицеров выводили из развалюхи с моря раздался оглушительный залп карронад, а следом буквально через пар минут одиночные выстрелы трехфунтовых пушек. У меня сразу отлегло, наш бриг зашел в бухту и расчищает для нас пути отхода.

Иван Васильевич оказался хорошим командиром. Наших людей он разбил на несколько групп, все, как говорится знали свой маневр и были заняты делом.

Пленные турки бегали как угорелые выполняя наши указания. Десяток моряков с корвета под руководством самого Ивана Васильевича готовились к обороне. Десяток турок тащили на себе две скорее всего старые пушки. Я в этой допотопной артиллерии не силен, но то, что пушки времен Очакова и покорения Крыма понял сразу же.

Тем не менее наш командир принял решение поставить их у ворот крепости, максимально замаскировав. Грохот карронад слышен на всю округу и вопрос времени когда сюда пожалуют другие турки.

Другая команда под командой Паскуале занималась освобождением русских пленных и подготовкой к отходу. Реально кое-как могут передвигаться только освобожденные полсотни греков, а вот из двадцати пяти освобожденных русских самостоятельно до моря дойдет в лучшем случае половина, да и то со скоростью черепахи.

Но возле ворот стояло десятка полтора турецких телег разной степени разбитости, не знаю как их правильно называть, по мне телега она и есть телега даже с каким-то и национальными вариациями. В крепости был десяток лошадей и Паскуале со своими людьми запрягали их в телеги и помогали бывшим пленникам рассаживаться на них.

Самая многочисленная команда под руководством нашего боцмана Порфирия разбирала стену выходящую к морю. На ней был большой пролом. Просто зашитый двумя слоями дерева и его можно было быстро разобрать. Для этого и было привлечено большинство пленных турок.

Артиллерийская пальба и далекий треск ружей прекратился и со стороны моря взлетела сигнальная ракета. Это был сигнал нам, что путь отхода свободен. Мы тут же запустили ответную ракету.

Пролом был свободен и первая телега или арба смогла в него протиснуться. На неё погрузили тех, кто железно не сможет идти сам, в их числе был и Николай

В этот момент я услышал встревоженный крик одного из моряков с корвета из команды Ивана Васильевича.

— Ваша светлость!

Я повернулся на крик. От ворот мне махали Иван Васильевич и Анри. Я сразу же подумал, что на дороге показались турки.

К сожалению так и оказалось. По дороге к крепости мчался конный отряд, покинувший крепость на наших глазах и мне показалось, что он более многочисленный.