Иван Васильевич посмотрел на всех, есть ли вопросы и тут же продолжил.

— Если бухты нет высаживаемся в другом месте, ни севернее бухты с пляжем, а южнее сразу же за мысом. Там это сделать сложнее. После этого в любом случае выходим к крепости, только уже с юга. Расстояние здесь больше, версты две и дорога через скалы похуже.

— А не проще ли выйти на дорогу и подойти к крепости с юга, но по дороге? —адмирал показал на дорогу идущую от крепости вглубь острова.

— Проще, но тогда еще проще высаживаться сразу же на пляже. Расстояние до крепости такое же и также турки заранее нас обнаружат. Наш главный козырь венезапность иначе они могут убить своих пленников. Сигнальную ракету бригу мы дадим только когда начнем атаку крепости.

— Господа, вести дебаты нет смысла. Окончательно решим на месте. Я своими людьми пойду в любом случае, остальным дело добровольное. Господин капитан-лейтенант, когда бриг будет готов в выходу? — основную скрипку в подготовке брига к выходу в поход играли русские моряки, поэтому я и спросил их командира.

С субординацией на русском флоте был порядок и командир корвета ответил мне то же официально.

— К утру, ваша светлость.

На соседней верфи стоял отремонтированный испанский бриг. Он был когда-то в составе военного флота и нес двадцать пушек. Но пришло время и испанскому королевскому флота корабль стал не нужен и его купил испанский гранд. Кроме двух носовых и двух кормовых длинноствольных 3-х фунтовых пушек, артиллерию с него сняли.

Прошедшей весной испанец получил пробоину ниже ватерлинии и с трудом дошел до Генуи, где и встал на ремонт на соседней с Марино верфи.

Из старой калоши итальянцы сделали конфетку, но вздорный и строптивый идальго решил, что выставленный за ремонт счет слишком большой и отказался платить.

Ругань стояла несусветная. Целую неделю стороны поносили друг друга, несколько раз чуть ли не хватались за оружие и неизвестно чем бы все это кончилось если бы не моё вмешательство.

Я предложил благородному идальго продать мне его корабль и не торгуясь купил бриг, переплатив за него изрядно. Тут же я заплатил за ремонт и распорядился готовится к срочному выходу в море.

Экипаж «геркулеса» проявил пунктуальность и в полдень в полном составе был на верфи Марино. На принятие решения у них ушла пара минут и они тут же присоединились к моим людям на «Сарагосе».

Ближе к вечеру к нам подключились моряки корвета, командир корвета приказал снять восемь 24-х фунтовых карронад по четыре на каждый борт.

На рассветы мы подняли якорь и покинули Геную. На борту «Сарагосы» было сто человек, пошли всё мои люди, адмирал, Иван Васильевич, Анри Ланжерон, крестный со своей командой, грек Андреас, двое итальянцев Антонио и охотники с корвета под командованием лейтенанта Леонова. Капитаном брига был крестный.