Идти мы решили под испанским флагом. Встречи с любым кораблем восточнее Мальты были не желательны, опасность конечно грозила только при встречи с турецкими кораблями, всей непонятной пубики севера Африки и конечно какими-нибудь пиратскими.

Пройти предстояло без малого две тысячи километров, моряки конечно измеряли расстояние в милях, а я в привычных для себя километров.

Неожиданно для всех переход прошел как по маслу, мы не встретили ни одного судна и до Крита шли всего десять дней.

До последней минуты мы не до конца верили Андреасу и месье Ланжерон с двумя нашими людьми не спускали с него глаз, но грек посрамил нас всех и всё оказалось как он и говорил.

Когда показалась полоска суши, которая могла быть только Критом, Андреас попросил подзорную трубу и долго смотрел на приближающиеся берега. Он оказался очень сообразительным и ловким малым и усвоил уже несколько десятков русскиз слов, позволяющих ему общаться с нами.

Показав на понятный только ему ориентир, Андреас уверенно и повелительно сказал нашему капитану:

— Туда.

На что ориентировался Андреас никто так и не понял, но он уверенно вел бриг к берегу острова.

Когда мы приблизились к скалистому берегу на пару миль, грек опустил подзорную трубу. В которую смотрел почти непрерывно, делая только короткие перерывы, чтобы дать отдых глазам и повернувшись ко мне и крестному сказал:

— Я несколько раз заходил в секретную бухту, но сейчас первый раз так быстро и точно, — языковой барьер был небольшой проблемой, рядом с греком всегда был один из итальянцев Антонио — моряк Джузеппе, в совершенстве владеющий почти всеми средиземорскими языками. Ему было около сорока и он в моем представлении был живым персонажем «Графа Монте-Кристо» Александра Дюма, тем более что судя по всему ремесло контрабандиста было ему не чуждо.

Когда он отдыхал, то возле Анлреаса был лейтенант Леонов, Он постоянно болтал с греком и похоже стремительно совершенствовался в этом языке.

— Сейчас начнется большой прилив и удобнее всего заходить в бухту. Надо держать курс строго вон на ту линию на скале, — приглядевшись, мы все увидели прямо напротив на скалах черную линию. — Капитан прикажите убрать паруса и спустить четыре шлюпки, они будут вести корабль, а прилив понесет нас вперед.

Когда бриг, ведомый четырьмя шлюпками, увлекаемый силой прилива двинулся вперед, Андреас медленно проговорил:

— Она хорошо видна только во время прилива, но иногда её нет и тогда к берегу лучше не подходить, корабль может внезапно понести и разбить на скалах.

Вскоре справа стала открываться невидимая с моря бухта и как по волшебству, корабль стал разворачиваться и заходить в нею. Мы немного вошли в неё и когда из вида исчез вид открытого моря, грек сказал: