— Дружинники получат скидку у Бисмарка. Двадцать процентов со счёта, вне зависимости от того, находятся они на службе или нет. Ну и если надо будет отбиваться от кого-то, нападающего на район — поучаствуем, как положено.
— Это — община…
— Это — взаимоотношения с дружиной. Нам на хрен не нужна община производственного района. Мы не производим, значит, не нужны коллективные контракты на энергию. У нас нет отходов, достаточных для массового вывоза, значит…
— Только отбросы, пьяные притом, — хмыкнул этот тип, откидываясь на спинку кресла и с любопытством рассматривая меня.
— Мы нарушаем порядок, или наши клиенты? Вредим? И, кстати, большая часть клиентов — члены общины. Отбросы, говорите? — ощерился я в ответ.
— В общине разные люди есть. Отбросы тоже встречаются, — невозмутимо заметил комиссар.
— Дерьмо случается. Но ведь и не все, живущие вне общины — отбросы. Верно? Так… как вам моё предложение? — не стал я углубляться в философский диспут. — Я, кстати, к вам пришёл из вежливости и благожелательности.
— А заключается она в твоей наглой роже?
— Не-а. Просто это своё предложение я мог бы сначала озвучить вашим дружинникам лично. И, насколько я знаю…
— Ну ты и пройдо-о-оха… — протянул он.
— Разумно относящийся к общению…
— Двадцать, говоришь?
— Двадцать, — кивнул я. — Больше — не дадим, и так в минус выйдем, — изобразил сиротинушку я. И судя по поведению собеседника — вполне успешно. Ну а загружать комиссара ничего не значащими деталями, насчёт того, что этот минус — относительно прибыли с прочих клиентов, а не вообще — я не стал. Сразу видно — занятой человек, зачем ему лишняя информация? У него своих проблем хватает. Вот пусть ими и занимается, а мы уж как-нибудь сами.
В результате — договорились, хотя оказалось это не так просто, как я думал, заруливая в кабинет комиссара. Его дружинники, как выяснилось, тоже «работали на демократическом приводе». То есть такой вопрос, а не желают ли они напрячься за скидку — решался именно с ними и коллективно. Удивительно, но факт — не отказались. Как не отказался и Олег. Сначала морщился, когда я начал разговор, но вникнув в договор, пожал плечами и согласно кивнул.
— От драк и компенсаций убытков больше, чем от этой скидки. Ну а если начинаются беспорядки в районе — нам так и так отбиваться придётся. Вряд ли погромщики, для бара «У Бисмарка», — не без гордости произнёс он название, — сделают исключение.
— А толпой это делать задорнее и веселее.
— Ну да, — не стал спорить здоровяк.
В результате, к нам и дружинники после службы зачастили. Что, надо заметить, практически сразу сказалось на поведении других гостей. Особенно, после того, как отдыхавшие после смены, дружинники вполне эффективно и без особых жертв «погасили» аж две драки за неделю. И, что самое ценное, нам за это не пришлось платить — дебоширы оплачивали не только повреждения кабаку, так ещё и синяки свои с переломами латали полностью за свой счёт.