— С чего ты так решил? — любопытствую я.

— Ты избегаешь нормального разговора, отвечаешь уклончиво и постоянно прячешь взгляд. Я не осуждаю тебя за это, мы проводили слишком мало времени, чтобы ты успела стать более открытой. Но скажи мне, пожалуйста, тебя били или бьют в реальной жизни?

Так хочется крикнуть громкое «да» и схватить его за плечи. Рассказать, какие ужасы я пережила за те короткие годы жизни с отпрыском Баум. Эта ноша будто сковывает меня железными цепями, я не могу двигаться, не могу нормально дышать. Прошло полгода с похорон, но мой мозг до сих пор не до конца верит, что все закончилось, что я больше не увижу мужского кулака или ноги, летящей в сторону моего хрупкого тела.

Однако, я молчу и отрицательно качаю головой. Если Оуэн и подозревает, что это ложь, то виду не подает. Вместо того, чтобы спросить что-то еще, он лишь делает еще один глоток кофе и смотрит в окно на прохожих людей. Хоть сейчас уже и вечер, а на город опустились сумерки, жара не спала и люди яростно обмахивают свое лицо рукой, пытаясь вызвать хотя бы малейший поток воздуха.

— Ты сдала анализы, которые я тебе назначил?

— Да, вчера утром.

Доктор довольно кивает и вновь поворачивается ко мне. Каждый раз, когда наши взгляды пересекаются, все мое нутро застывает, время замирает, а окружающие полностью пропадают из поля зрение. И этот ток… потрескивание на кончиках моих пальцев, нервы, которые будто натягиваются, как гитарная струна. Мучительные и одновременно такие сладостные ощущения.

— Подготовь информацию обо всех твоих состояниях, запиши куда-нибудь, если надо. Я хочу знать обо всем. Что ты ощущаешь, когда просыпаешься после кошмаров, о чем думаешь, когда засыпаешь. Мы обязательно разберемся во всем. Ты плакала с нашей последней встречи?

— Да, когда вышла из клиники, после разговора с мамой. Но я не думаю, что только он вызвал у меня слезы.

— А что еще?

Это тяжелый вопрос. В тот момент, когда из меня вырвались рыдания, было что-то еще. Усталость, желание жить по-другому, переродиться в другой семье, стать абсолютно другим человеком. Не знаю, слишком много всего, чтобы можно было ответить определенно.

— Моя мама тяжелый человек, она легко и без сожалений перегибает палку. Ей не особо важно, что я ее дочь, ее кровь. Она ненавидит меня ровно как и всех тех, кто ей не нравится. Эгоистичная, помешанная на богатстве личность. Моя мама не знает границ. Мы никогда особо не ладили, думаю, это одна из причин, почему я плакала. Мне бы хотелось, чтобы все было по-другому.

— Мне жаль, что тебе не повезло с семьей.