— Ему явно не везет, — сквозь смех говорю я. — Какой это уже раз, когда он застает нас в подобном… положении?

— Четвертый или пятый, — отвечает Мэйсон, помогая мне подняться и вылезти из ванной. Схватив уроненное сыном полотенце, начинает обтирать меня им. — Ему явно везет меньше, чем Элиасу. Тому удавалось ни разу не застать нас голыми.

Я фыркаю, настроение невероятно хорошее, хоть мне и придется извиниться перед Киллом за то, что его предки нанесли ему очередную травму. И стоит спросить, как у него дела, потому что он смотрел в свой телефон слишком хмуро, я беспокоюсь. Наши дети не проблемные, но я очень переживаю, что они скроют от нас тяжелые моменты в своей жизни. Особенно Элиас, он сам по себе тихий, но у него сейчас самый пик подросткового периода, а он даже не делится, как у него дела. Мне кажется, он мало с кем разговаривает, даже та его крепкая дружба с Элизой, которая появилась между ними в детстве, будто сошла на нет. Возможно, став старше, ему стало с ней совсем неинтересно.

Укутав меня в полотенце, Мэйсон хватает меня за плечи и, притянув к себе, целует в лоб, после чего откидывает несколько мокрых прядей мне за спину.

— Я люблю тебя, моя королева.

— А я люблю тебя, мой король.

И мы снова целуемся так, будто вовсе и не трахались некоторое время назад, но теперь дома сын и мы сдерживаем порыв. Обернув полотенце вокруг бедер, Мэйсон выглядывает из-за двери и, убедившись, что путь чист, мы быстро бежим в спальню, сверкая пятками. Такие взрослые, но ведем себя как дети. Вновь думаю о том, что у счастья нет предела, оно не зависит от твоего возраста и статуса. Счастье бесплатно, и ты имеет право им пользоваться абсолютно всегда.

Оуэн и Мишель

— Мам, а как ты поняла, что любишь папу? То есть, я имею в виду, как именно начинается это ощущение? — спрашивает меня Ноксин, проходя в мой кабинет и плюхаясь на кресло справа от меня.

Убрав книгу в сторону, я снимаю очки и смотрю на нее. Щеки слегка порозовели, глаза блестят и в этот момент я осознаю, что моя семнадцатилетняя дочь влюбилась. Если Оуэн узнает об этом, его точно хватит удар.

Прежде чем ответить хоть что-то, я прочищаю горло и улыбаюсь ей.

— Может, начнем с того, что ты расскажешь мне, что у тебя происходит?

От моих слов она краснеет еще сильнее и отводит взгляд в сторону, смотря на огромное количество романов, расставленных по полкам. Я люблю здесь находиться, научные книги Оуэна занимают лишь один стеллаж, а все остальное мое царство, место, где могу отдохнуть от ежедневной суеты.

— Я просто интересуюсь, — себе под нос говорит она, от чего я улыбаюсь еще шире. — Просто вы с папой никогда это не рассказывали, вот мне и стало интересно.