— Черт, Мэйсон, — тихо скулю, стараясь насаживать себя еще сильнее.

— Быстрее, девочка, — рявкает он.

Ему недостаточно, в какой-то момент он бросает куда-то в сторону рабочий вибратор и поднимается на своем месте, заставив меня полностью встать на колени и ухватиться за бортик впереди. Войдя в меня одним сильным толчком, он довольно стонет, и я не могу сдержаться, чтобы не бросить на него взгляд из-за плеча. Мужчина смотрит на меня в ответ и криво улыбается, а после начинается двигаться, как бешеный, сорванный с цепи пес. По-моему, я даже не успеваю нормально дышать, задыхаясь воздухом и жарой, которая будто стала еще плотнее в этой небольшой ванной комнате. Как хорошо, что ни детей, ни Хантера с Роуз нет дома, иначе они бы сошли с ума от моих визжаний.

— Блядь, я никогда не устану трахать тебя, — между стонами и шлепками произносит Мэйсон. — Ты как гребаный десерт, милая.

Внизу живота становится тяжело, я выпадаю из жизни, кончая, пока Мэйсон продолжает долбиться в меня, в поисках собственного оргазма. Это как будто длится целую вечность, а после я чувствую, как его тело охватывает дрожь, горячая жидкость плещется внутри меня, и мы замираем. Ну, я замираю, потому что муж наклоняется, оставляя поцелуи на моем плече и спине, неспешно выходя из меня.

— Ты лучшее, что есть в моей жизни, — произносит он.

— А дети?

— Я люблю наших детей, Лилит, очень. Но ты всегда будешь у меня на первом месте. Абсолютно всегда.

Через некоторое время уставшие и изможденные, мы, вновь разлегшись в ванной, не сразу слышим то, что заставило бы нас подскочить, чтобы хотя бы закрыть дверь в ванную на щеколду. Прежде чем кто-то из нас успевает что-либо сделать, дверь распахивается и внутрь заходит Киллиан, мой, черт возьми, восемнадцатилетний сын, закинув полотенце на плечо и усердно смотря в свой телефон, из-за чего не сразу замечает, как мы потеряно смотрим на него. Мэйсон закрыл мне грудь руками, а недалеко от нас, на бортике, лежит одинокий розовый вибратор.

Киллиан, подняв голову, вскрикивает и отскакивает к стене, смотря на нас, как на самую ядовитую змею в мире.

— Ну, ма-а-а-а, — тянет он и выскакивает из ванной, попутно случайно задев вибратор, который валится в воду, прыская на нас каплями воды.

Мы еще долго сидим в молчании, отказываясь верить в то, что произошло, а потом разражаемся хохотом на весь дом и слышим, как Килл кричит в ответ ругательства, за которые мне хочется оторвать ему язык. Мне еще предстоит узнать, почему он так рано появился дома, ведь даже с учетом того, что мы с Мэйсоном потеряли счет времени, сейчас должно быть не позже, чем начинается их последний урок.