Есть вещи, которые я успел изучить за время жизни с ней и, когда нажимаю некоторые кнопки и ставлю ей отслеживающее приложение, не чувствую вину за это. Она не оставила мне выбора. Я должен знать, где она находится и нужно купить ей переносное зарядное устройство. Такие ситуации, как сегодня, сведут меня в могилу быстрее, чем я планирую в ней оказаться.

Я листаю ее сообщения, проверяю каждое приложение. К счастью, в них нет ничего, кроме общения с подругами. У нее никого нет, она мне не изменяет.

Душ выключается, и я поспешно блокирую телефон, добавив отслеживающее приложение в скрытые. Рано или поздно Эмилия заметит его, но чем позже, тем лучше. Сев на кресло, закидываю ногу на ногу и тянусь к собственному телефону, настраивая приложение и у себя.

Эмилия выходит из душа, обернутая в полотенце и мокрая. Такая красивая, она не сразу замечает меня и, оперев локоть на подлокотник, подпираю им щеку, разглядывая ее. Это все мое. Каждая ее часть, каждая родинка и шероховатость кожи. Она принадлежит только мне. Никто никогда не увидит ее такой, никто никогда не ощутит вкус ее кожи, никто никогда не сможет прикоснуться к ее нежности.

Наконец-то женщина замечает меня и вздрагивает.

— Оуэн, ты меня напугал! — с улыбкой говорит Эми, прижав руку к груди и улыбнувшись. Она быстро понимает, что что-то не так, присмотревшись к моему лицу, ее улыбка тут же пропадет.

— Семьдесят раз. Именно столько я звонил тебе. Сто шесть сообщений. Именно столько я написал тебе. И все это без ответа, — убийственно спокойным голосом произношу я.

Мне видно отсюда, как она сглатывает. Это не страх, вовсе нет, Эмилия знает, что я никогда не посмею обидеть ни физически, ни морально. Со мной она в полной безопасности, но ей бы не помешало стать более покладистой.

— Прости, я потеряла счет времени, мой телефон разрядился… — начинает тараторить она.

— Я объездил весь Луисвилл. Где ты была?

— Я же говорила тебе, что хочу побыть…

Снов перебиваю ее:

— Где. Ты. Была?

Эмилия опускает взгляд. Ей стыдно или она разочарована во мне — не знаю. Я имею право злиться. Слишком много пропущенных звонков, слишком много неотвеченных сообщений. Ее так долго не было. Она не должна так поступать. Я ее муж и должен знать о каждом ее шаге. Иначе как мне ее защищать, верно?

Что-то внутри меня хочет поспорить со мной. Я приглушаю это, не желая слышать голос разума. Сейчас мне хочется лишь рвать и метать, приходится прикладывать массу ненавистных мне усилий, чтобы сохранять внешнее спокойствие.

— Сначала гуляла, зашла в кофейню, потом в музей, а перед возвращением рисовала на набережной. Там можно арендовать холст и краски, порисовать прямо в кругу деревьев, представляешь? Я не стала забирать картину с собой, но мне так понравилось.