Наемник помог подопечной спуститься в этот смрадный хаос, а затем встал над одной из растерзанных туш.
— Вот это, дорогая моя, и есть упырь, — объявил проводник, как будто не замечая накатившей на Янковскую дурноты.
Ученая согнулась пополам, и содержимое ее желудка с неприятным звуком полилось прямо ей на ботинки, смешиваясь с пролитой на улице кровью.
— Смотри-смотри, — беспощадно напутствовал спецназовец, без тени брезгливости держа за шею труп какого-то непередаваемо мерзкого существа. — Запоминай, как выглядит эта падаль, чтобы избегать встречи с ней.
— Ч… что это⁈ — дрожащим голоском проблеяла Нина, с отвращением разглядывая убитую тварь.
— Я же сказал, это упырь. Инфестаты создают их из людей. Подробнее можешь своего приятеля расспросить. Он, как некробиолог, должен побольше меня знать.
— Я слышала о них. П-просто раньше никогда не видела этого своими глазами. Матерь божья, какой же ужас…
— Это еще что! — всплеснул руками русский. — Тут неподалеку лаборатория, где этих красавчиков сделали. А в ней с полными штанами дерьма шухерится и их создатель. И вот там можно увидеть по-настоящему жуткую херню, сечешь? Но ты не пугайся, отработаем по той же схеме. Ты прячешься и терпишь, а я забочусь обо всем остальном. Печенкой чую, не пешеходом эта гнида тут передвигается! Поэтому, надеюсь, путь мы продолжим со всеми удобствами! За мной!
Боец что-то сделал, и мертвые туши нечеловечески уродливой нежити выгнулись дугой и зашевелились. Они начали неуклюже подниматься, силясь отыскать опору для своих кривых лап, а затем, начисто игнорируя Нину, неспешно побрели за новым хозяином. Это зрелище парализовало женщину своим омерзением, и если б не опустошенный желудок, то ее бы наверняка стошнило снова.
Высокая фигура проводника, возглавляющая жуткий отряд, удалялась, невозмутимо шагая прямо сквозь самолично устроенный ад. Глядя вслед русскому, который подобно полководцу преисподней вел за собой уродливых демонов, Нина боязливо поежилась. Если раньше грубоватый ветеран вызывал у нее лишь редкие приступы уважения, тонущие в целом океане неприязни, то теперь… Теперь этот человек внушал ей неподдельную опаску. И чем больше он открывался, тем более беспомощной чувствовала себя Янковская рядом с ним…
Слабо тлеющие угли в предусмотрительно вырытой яме практически не светили, но зато отдавали много тепла, согревая уставших и замерзших путников. Чертов русский снова оказался прав в своих предположениях. В Вене они с Ниной действительно отыскали логово увлекающегося некроформацией инфестата. Он устроил себе полевую лабораторию прямо на заброшенной кухне какого-то ресторана, приспособив поварские и разделочные столы под собственные нужды.