Н-да, у полковника на мои звонки уже аллергия выработалась. Бедолага…
— Ни во что не влип, Анатолий Петрович, — поспешил я успокоить начальника. — Просьба есть к вам. Больше не к кому обратиться.
— И что за просьба такая? — с недоверием уточнил офицер.
— Мне нужно узнать, где похоронен старшина Роман Краснов.
— Что-то я не помню такого бойца у себя в батальоне, — с сомнением пробормотал комбат. — Давно служил? Когда погиб?
— А вы его и не знаете, он не из инквизиции. А погиб в один день со мной, когда упыри напали на полигон.
— Так, ну-ка, хватит мне голову морочить, Факел! — раздраженно бросил полковник. — Выкладывай с самого начала, какого хрена ты там мутишь⁈
— Вы помните, как рассказывали мне о программе «Нисхождение?»
— Ну?
— Так вот, я твердо решил, что буду участвовать в ней. Помощника себе я уже нашел…
С негостеприимных земель Италии экспедиция уходила в крайне приподнятом настроении. Совместными усилиями лингвист и некробиолог смогли отыскать несколько интересных черепов, один из которых принадлежал клирику Иакову Маркийскому. Сам он не был инфестатом, но зато приложил острие пера к созданию множества рукописных трудов, которые молодые борцы с нежитью использовали в качестве учебных пособий. Он перенес на бумагу опыт нескольких поколений инквизиторов, их воспоминания, создал от их имени десятки мемуаров и очерков.
Иными словами, мертвец стал тем источником знаний, который так долго искали ученые. Окрыленные успехом, Каспер и Нина пребывали в состоянии эйфории и витали где-то в облаках. Изюму же приходилось еще пристальней наблюдать за поляками и периодически приводить их в чувство, дабы они в дороге не совершали фатальных ошибок. По сути, это мало чем отличалось от их долгого пути в Рим, некоторые обстоятельства вынуждали инквизитора хмуриться все чаще и чаще.
— Что интересного узнали от костей? — в лоб спросил Макс у Нины, отведя ее в сторону.
— Да так, ничего особенного, — замялась Янковская. — Глупо отрицать, что при жизни этот человек знал невероятно много об инфестатах, однако не все его ответы мне понятны…
— Хм, девочка, я бы мог тебе поверить и успокоиться, но подозреваю, что вы со своим дружком не все мне рассказываете.
— Ч-что вы имеете в виду? — округлила глаза собеседница.
Ответный взгляд инквизитора парализовал своей тяжестью лингвиста. Она попыталась отступить от странного русского подальше, но нашла в себе силы сделать только крохотный шажок.
— Я же не глухой, Нина, — угрожающе прорычал Виноградов, — я прекрасно слышу, о чем вы шепчетесь с Каспером. Слышу, как он тебе озвучивает реплики покойников с той стороны бытия. И почему-то мне кажется, что слова «ghoul» и «morph» звучат в его речи чаще, чем остальные. А я, знаешь ли, прекрасно осведомлен о том, кто такие Морфы.